T Ü rkolog I y a ¹ 4 2011 afina əLİzadə azərbaycan diLİNDƏ Cİns biLDİRƏN


Məqalənin elmi yeniliyi və tətbiqi əhəmiyyəti



Yüklə 1.19 Mb.
səhifə5/6
tarix24.02.2016
ölçüsü1.19 Mb.
1   2   3   4   5   6

Məqalənin elmi yeniliyi və tətbiqi əhəmiyyəti. Məqalədə abidələrin dilində işlənmiş bir sıra əvəzliklər tədqiqata cəlb edilərək onların izahına yeni mövqedən yanaşılmış, müəyyən əvəzliklərin yaranması haqqında yeni fikirlərin söylənilməsinə çalışılmış, onların izahına yeni aspektdən baxılmışdır.

Məqalədən əvəzliklərin tarixi-müqayisəli şəkildə tədqiqata cəlb olunmasında, eləcə də tarixi morfologiya, eləcə də tarixi dialektologiya ilə bağlı monoqrafiyaların yazılmasında istifadə oluna və burada irəli sürülən müddəalar həmin monoqrafiyaların yazılmasında tətbiq edilə bilər.



Ə D Ə B İ Y Y A T


  1. Mirzəzadə H. Azərbaycan dilinin tarixi morfologiyası. Bakı, 1962.

  2. İslamov M. Türk dillərində əvəzliklər. Bakı, 1986.

  3. Ergin M. Türk dili. İstanbul, 1990.

  4. Banguoğlu T. Türkçenin qrameri. Ankara, 1990.

  5. Şirəliyev M. Azərbaycan dialektologiyasının əsasları. Bakı, 1962.

  6. Xətai Şah İsmayıl. Əsərləri. Bakı, 1975.

  7. Nəsimi İmadəddin. Seçilmiş əsərləri. Bakı, 1973.

  8. Eyvazova R. Kişvəri «Divan»ının dili. Bakı, 1983.

  9. Mirzəzadə H. Azərbaycan dilinin tarixi qrammatikası. Bakı, 1990.

  10. Məsihi. Vərqa və Gülşa. Bakı, 1977.

  11. Hacıyev T., Vəliyev K. Azərbaycan dilinin tarixi. Bakı, 1983.

  12. Dastani-Əhməd Hərami. Bakı, 1978.

  13. Şirəliyev M. Azərbaycan dialektologiyasının son nailiyyətləri // Azərb. EA Xəbərləri. 1970. № 2.

  14. Kərimov Ş. Azərbaycan dilinin Çəmbərək və karvansaray şivələri. Bakı, 2004.

  15. Древнетюркский словарь. Л.: Наука. Ленингр. отд-ние, 1969.

  16. Divanü lügat-it-Türk. Ankara, 1986. C. IV: Endeks.

  17. Qədimaliyeva A. Qazi Bürhanəddin «Divan»ının leksikası. Bakı, 2008.

  18. Şirvani S. Ə. Əsərləri. Bakı, 1967.

КЮБРА ГУЛИЕВА

ЛЕКСИКО-СЕМАНТИЧЕСКИЙ АНАЛИЗ

НЕКОТОРЫХ МЕСТОИМЕНИЙ В ДИАЛЕКТАХ

И ГОВОРАХ АЗЕРБАЙДЖАНСКОГО ЯЗЫКА

Р е з ю м е

В сов­ре­мен­ных диа­лек­тах и го­во­рах азер­байд­жанс­кого языка мож­но наб­лю­дать такие не свойс­твен­ные ли­те­ра­тур­ному языку фор­мы скло­нения и виды, ко­торые при срав­нении их с фор­мами, встречаю­щи­мися в пись­мен­ных па­мят­ни­ках, сви­де­тель­ствуют о древ­нем проис­хож­дении пос­лед­них. С этой точ­ки зрения лек­сико-се­ман­ти­чес­кий ана­лиз мес­тои­ме­ний mən / ben, nara / nere, şu, kəndi, hancaru  и дру­гих, ис­поль­зуе­мых в ли­те­ра­тур­ном языке, диа­лек­тах и го­во­рах, вы­зывает оп­ре­делё­нный ин­те­рес.

Срав­ни­тель­но-со­пос­та­ви­тель­ный ана­лиз мес­тои­ме­ний в азер­байд­жанс­ком ли­те­ра­тур­ном языке, а так­же в диа­лек­тах и го­во­рах поз­во­лил прий­ти к зак­лю­чению, что на оп­ре­делё­нном этапе раз­вития азер­байд­жанс­кий язык был бли­зок к дру­гим язы­кам огузс­кой груп­пы. С инт­ра­линг­вис­ти­чес­кой точ­ки зрения в та­кой же сте­пени оче­ви­ден и  факт от­сутс­твия в нём в этот период чётких границ, или ра­ди­каль­ных раз­ли­чий, меж­ду его го­во­рами.

Ключевые слова: местоимение, диалекты и говоры,

письменные источники, интралинг-

вистические факторы

KUBRA GULIYEVA

LEXICAL-SEMANTIC ANALYSIS OF PRONOUNS

IN THE DIALECTS AND ACCENTS

OF THE AZERBAIJANI LANGUAGE

S u m m a r y

In the modern dialects and accents of the Azerbaijani we observe such forms of declension and types which are not typical for the literary language and in the result of comparison with written monuments witness about the ancient origin of the latter. From this point of view lexical-semantic analysis of such pronouns as mən / ben, nara / nere, şu, kəndi, hancaru and etc. which are used in the dialects and accents of the Azerbaijani arises a definite interest. Comparative-contrastive analysis of pronouns in the literary language and also in the dialects and accents gave the possibility to conclude that at a definite stage of development the Azerbaijani was close to the other languages of the Oguzian group. At the same time from intralinguistic point of view it is obvious that there were no definite limits or radical differences between accents of the Azerbaijani in this period.



Key words: pronoun, dialects and accents, written sources,

intralinguistic factors



T Ü R K O L O G İ Y A
¹ 4 2011
АЛЕКПЕР АЛЕКПЕРОВ

ПО ПОВОДУ ПРОИСХОЖДЕНИЯ

НЕКОТОРЫХ НАЗВАНИЙ


Р е з ю м е. В стат­ье расс­мат­ривает­ся воп­рос о про­жи­вании тю­рок на Южном Кав­казе на­чиная с древ­ней­ших времё­н. Изу­чение та­ких этно­ни­мов и то­по­ни­мов, как сак­лаб, кас­пи, ха­зар, ас, алан, бар­сель, Те­лави, Гирд­ман, сви­де­тель­ствует об их тюрк­ском проис­хож­дении.
Клю­чевые слова: кас­пи, ха­зар, Эльбрус, Гирд­ман,

Мус­хе­лиш­вили

Сов­ре­мен­ное сос­тоя­ние изу­чения этни­чес­ких процес­сов не­ред­ко требует от исс­ле­до­ва­теля от­вета на многие ранее не решё­нные воп­росы. Про­белы в за­пад­ной и рос­сийс­кой ис­то­ри­чес­кой нау­ке об­ъяс­няют­ся преж­де всего дли­тель­ным гос­подс­твом в ней оп­ре­делё­нной ме­то­до­логии. В ре­зуль­тате в ис­тории и линг­вис­тике были вы­ра­бо­таны два нап­рав­ления – идео­ло­ги­чес­кое и кон­ъюнк­тур­ное. На­ме­рен­ное ис­ка­жение реаль­ных со­бы­тий при­вело к тому, что це­лые на­роды ока­за­лись спи­сан­ными с ис­то­ри­чес­кой арены (нап­ри­мер скифы). Их нас­ледие прош­лого было пре­дано заб­вению, а куль­тур­ные дос­ти­жения при­пи­саны дру­гим. Имен­но поэ­тому до­воль­но слож­но по­ло­жение дел и с исс­ле­до­ванием этно­ге­неза тю­рок Азер­байд­жана. Рев­нивое от­но­шение За­пада и Рос­сии к Османс­кой им­перии, а за­тем к Турец­кой Рес­пуб­лике при­дало не­га­тив­ный от­те­нок тюрк­ской ис­тории вооб­ще и ис­тории тю­рок Азер­байд­жана – в част­нос­ти. 200 лет ев­ро­пейс­кая ис­то­ри­чес­кая нау­ка не до­пус­кает при­сутс­твия тю­рок в Европе до Рож­дест­ва Хрис­това. Однако об­ра­щение к соот­ветс­твую­щему оно­мас­ти­чес­кому ма­териа­лу, предс­тав­лен­ному в виде раз­лич­ных сим­во­лов (букв, наз­ва­ний цифр), а так­же к ми­фо­ло­ги­чес­ким пер­со­на­жам поз­воляет ут­верж­дать, что тюр­ки ока­зали самое не­пос­редс­твен­ное влия­ние на фор­ми­ро­вание языка и ми­ро­восп­рия­тия как се­ми­тов, так и ин­доев­ро­пейцев [1; 2–4; ­­5]. Да и изу­чение этни­чес­ких процес­сов Пе­ред­неа­зиатс­кого и Бал­канс­кого регио­нов ни­как не­воз­мож­но без исс­ле­до­вания учас­тия в этих процес­сах тю­рок.


В дан­ной стат­ье ана­ли­зирует­ся ряд этно­ни­мов и то­по­ни­мов ис­то­ри­чес­кой Азер­байд­жанс­кой (Кав­казс­кой) Албании и сов­ре­мен­ной Грузии, тюрк­­­ское проис­хож­дение ко­то­рых до сих пор так и не по­лу­чило пол­ного науч­­­ного обос­но­вания. Однако преж­де чем пе­рей­ти к расс­мот­рению этих наз­ва­­­ний, необ­хо­димо уточ­нить зону расп­рост­ра­нения тю­рок Азер­байд­жана на тер­­­ри­­­тории Южного Кав­каза. Что касает­ся се­вер­ных пре­де­лов этой зоны, то ­их сос­тоя­ние в той или иной сте­пени было свя­зано с по­ло­жением дел на гра­­­ни­­­це с Грузией, ибо прой­ти на тер­ри­торию Азер­байд­жана с се­вера мож­­но было толь­ко минуя Тиф­лис или Дер­бенд. Имен­но конт­роль над Дер­бен­­дом и Тиф­ли­сом на се­вере, над Лян­кя­ра­ном у Кас­пия на юге и над Ире­ва­ном и Нах­­­чы­­­ва­ном на границе с Турцией и оп­ре­де­лял гос­подс­тво «завое­ва­теля» на Кав­казе.

Хотя сог­лас­но арабс­ким ис­точ­ни­кам край­ним пунк­том Азер­бай-джана (Албании) на се­вере яв­лял­ся Дер­бенд, мож­но го­во­рить, что се­вер­ные границы ис­то­ри­чес­кого Азер­байд­жана про­хо­дили зна­чи­тель­но выше. По не­ко­то­рым пред­по­ло­жениям, они прос­ти­ра­лись до Те­река [6]. Се­вер­ные зем­ли Азер­байд­жана вхо­дили в сос­тав Бар­селии, границы ко­то­рой на се­вере были нап­рав­лены в сто­рону Се­веро-Вос­точ­ного Кав­каза [7. С. 128–129; 8. С. 128]. Но, судя по пись­мен­ным ис­точ­ни­кам, Бар­селия за­ни­мала более об­шир­ное прост­ранс­тво, не­жели пред­по­лагают исс­ле­до­ва­тели. Так, В. Ф. Ми­норс­кий, ко­то­рый считает, что юж­ные пре­делы Бар­селии за­кан­чи­ва­лись на ру­беже меж­ду тюр­ко-ку­мыкс­ким на­се­лением, жи­ву­щим на уз­кой по­лосе суши вдоль Кас­пий­ского моря, и азер­байд­жанс­кими тюр­ками, якобы «про­со­чив­ши­мися» туда с юга нам­ного поз­же [9. С. 128–129], до­пус­кает в дан­ном случае оп­ре­делё­нную не­точ­ност­ь, ибо Шир­ван (позд­няя иранс­кая каль­ка с тюрк­ского Barsel ‘Страна Льва’) был сос­тав­ной част­ью Кав­казс­кой Албании [10. С. 5–18]. Нашу ги­по­тезу о проис­хож­дении дан­ного наз­вания от слова Барс подт­верж­дает и на­род­ная эти­мо­логия [11. С. 16]. Куль­т Бар­са / Льва фик­сирует­ся ис­точ­ни­ками как древ­нос­ти, так и ран­него сред­не­ве­ков­ья и «арабс­кого» перио­да. Ареал этого куль­та и свя­зан­ных с ним наз­ва­ний дос­та­точ­но ши­рок. Так, нап­ри­мер, в пос­ледую­щую эпоху выс­шим ор­де­ном иранс­ких ша­хов (как ма­териаль­ная ма­ни­фес­тация Аху­ра­маз­ды) яв­лял­ся Şir-e Xurşid ‘Сол­неч­ный Лев’, что так­же было каль­кой с тюрк­ского Барс.

Извест­но, что Се­фе­виды выс­ту­пали пра­воп­реем­ни­ками пред­шест­вую­щих го­су­дарс­тв на тер­ри­тории Азер­байд­жана. Если об­ра­тить­ся к се­фе­видс­ко-ос­манс­ким до­го­во­рам, то мож­но по­нять, что тер­ри­ториаль­ные споры меж­ду этими го­су­дарс­твами ре­гу­ли­ро­ва­лись на ос­нове ус­ло­вий пре­ды­ду­щих са­са­нидо-ви­зан­тийс­ких до­го­во­ров. Это подт­верж­дает­ся, нап­ри­мер, та­ким фак­том. Ког­да 17 сен­тяб­ря 1612 г. предс­та­ви­тели се­фе­видс­кого шаха при­были ко двору ос­ман-с­кого сул­тана Ахмеда I, тот сог­ла­сил­ся на восс­та­нов­ление ус­ло­вий Ама­сийс­кого до­го­вора 1555 г., но при этом выд­ви­нул оче­ред­ное тре­бо­вание, по ко­то­рому для пре­дотв­ра­щения на­па­дения русс­ких шах Аббас I не дол­жен был пре­пятс­тво­вать турец­ким войс­кам раз­ру­шать их кре­пос­ти по р. Те­рек (Тар­ку) [12. С. 259]. Тре­бо­вание сул­тана, по­лу­чив­шее от­ра­жение в Са­рабс­ком до­го­воре 1612 г. меж­ду Cе­фе­ви­дами и Oсма­нами, подт­верж­дает при­над­леж­ност­ь зе­мель до Те­река азер­байд­жанс­ким пра­ви­те­лям. Эта же тер­ри­тория с 1653 по 1662 г., а за­тем вплоть до 1735 г. была при­чи­ной раз­до­ров меж­ду Рос­сией и Се­фе­ви­дами [13. С. 196]. Зем­ли от Дер­бен­да до Те­река, впос­лед-ствии наз­ван­ные Да­гес­та­ном, были от­торг­нуты Рос­сией по Гянд­жин­с­кому до­го­вору 1735 г.

Если го­во­рить о Тиф­лисе, то ещё ано­ним­ный ав­тор Х в. за­фик­си­ро­вал его в сос­таве Аррана / Албании [14. С. 144]. Пре­тен­зии гру­зин на го­род с одоб­рения Ви­зан­тии на­чинают­ся в пер­вой чет­вер­ти XI в. при Баг­рате IV. С цел­ью вы­бить тю­рок-му­суль­ман из Тиф­лиса на конф­ликт с Шед­да­ди­дами, под­дер­живаю­щими Джа­фа­ри­дов, они в 1062 г. спровоци­ро­вали ала­нов [15. С. 14–15].

Какие бы конт­рар­гу­мен­ты ни при­во­ди­лись оп­по­нен­тами, за иск­лю­чением неп­ро­дол­жи­тель­ного прав­ления Да­вида IV, на следую­щий год пос­ле по­беды при Дид­гори в 1121 г. лик­ви­ди­ро­вав­шего Тиф­лис-с­кий му­суль­манс­кий эми­рат Джа­фа­ри­дов, этот го­род всег­да был объ-ек­том вни­мания пра­ви­те­лей Азер­байд­жана. Они ни­ког­да не восп­ри­ни­мали его вне пре­де­лов свое­го го­су­дарс­тва. Это наг­ляд­но де­мон-стрирует Йу­сиф ибн Абу Садж, ко­то­рый, по­ве­сив ар­мянс­кого ца­ря Смбата I Баг­ра­туни [16. С. 48–63], для пре­дох­ра­нения своих се­веро-за­пад­ных границ от зах­вата в 914 г. на­падает на Тиф­лис, а за­тем, под­чи­нив Ка­хетию, ра­зоряет Карт­ли, Са­мцхе и Джа­вахк [16. С. 11]. Так было и впос­ледс­твии – при Са­ла­ри­дах, Шед­да­ди­дах, Ак-Коюн­лу, Се­фе­ви­дах [17. С. 54–56] и Афша­рах. То же самое хо­тел осу­щест­вить и Ага Му­хам­мед-хан Кад­жар в 1795 г. Одним из ус­ло­вий приз­нания его ша­хом со сто­роны турец­кого сул­тана он наз­вал своё ут­верж­дение в Тиф­лисе. Ре­зуль­та­том до­го­ворё­ннос­ти и стал крат­ков­ре­мен­ный по­ход Ага Му­хам­мед-хана Кад­жара на Тиф­лис в 1795 г. Однако эта традиция была на­ру­шена Геор­гиевс­ким трак­та­том 1783 г., а за­тем ма­ни­фес­том Алек­санд­ра I от 1801 г. о присое­ди­нении к Рос­сии Вос­точ­ной Грузии, а вмес­те с ней и ис­кон­но азер­байд­жанс­ких зе­мель Га­заха, Бор­чалы, Шам­ша­диля, пе­ре­дан­ных рань­ше Тей­му­разу На­ди­ром. Поэ­тому права Ш. Га­ми­дова, ког­да пи­шет, что гру­зинс­кие ав­торы ис­кажают тюрк­ские наз­вания. В част­нос­ти Албанию они на­зывают Алвани – на гру­зинс­кий лад [17. C. 56].

Имею­щие­ся в на­шем рас­по­ря­жении ис­то­ри­чес­кие и язы­ковые фак­ты поз­воляют ут­верж­дать, что зона расп­рост­ра­нения тю­рок-азер­байд­жанцев на тер­ри­тории Кав­каза была зна­чи­тель­но шире и вхож­дение древ­неа­зер­байд­жанс­ких (тюрк­ских) зе­мель в сос­тав дру­гих го­су­дарс­тв Южного Кав­каза, Рос­сии и ИИР сов­сем не яв­ляет­ся до­ка­за­тель­ством «ис­кон­ной» при­над­леж­нос­ти этих зе­мель дру­гим этно­сам ука­зан­ных стран.


Ко­неч­но, знание ав­то­ром ма­териа­ла, об­ра­щение его к соот­вет-ствую­щим ис­точ­ни­кам – это один из са­мых глав­ных по­ка­за­те­лей науч­ной зна­чи­мос­ти того или иного исс­ле­до­вания. Но не­ма­ло­важ­ное зна­чение при этом имеют и мо­раль­ные ка­чест­ва са­мого исс­ле­до­ва­теля, т. е. какую мис­сию он вы­пол­няет, решая ту или иную ис­то­ри­чес­кую проб­лему, – об­ъек­ти­вист он или че­ло­век, дейс­твую­щий сооб­раз­но специаль­ным ус­та­нов­кам. К со­жа­лению, за ред­ким иск­лю­чением, изу­чение древ­ней и ран­нес­ред­не­ве­ко­вой ис­тории Азер­бай­джана ве­лось с позиций кон­ъюнк­тур­ного на­чала, что и да­вало по­вод не­ко­то­рым со­сед­ним кол­ле­гам до­пус­кать тен­денциоз­ные выс­ка­зы­вания в ад­рес тю­рок Азер­байд­жана. Так, нап­ри­мер, гру­зинс­кий ис­то­рик Д. Л. Мус­хе­лиш­вили [18], слиш­ком увл­ёкшись идеей о приш­ло-с­ти тю­рок на Кав­каз до Р. Х., до сих пор пред­ъяв­ляет в своих тру­дах тер­ри­ториаль­ные пре­тен­зии к Азер­байд­жану. В то же время он от­мечает, что упо­минае­мые в гру­зинс­ких ис­точ­ни­ках то­по­нимы, такие как Шаки, Эрети, Кам­бе­чани, – это наз­вания ис­то­ри­чес­ких зе­мель Азер­байд­жанс­кой Албании, а сами гру­зины яв­ляют­ся на этих зем­лях приш­лыми [18. С. 20–22]. И всё же, нес­мот­ря на это, ис­то­ри­чес­кие ал­банс­кие зем­ли, вхо­дящие в сос­тав Грузии, он именует Вос­точ­ной Грузией [18. С. 22], хотя в ано­ним­ной гру­зинс­кой хро­нике «Мокце­вай Карт­лиса» «со­вер­шен­но оп­ре­делё­нно го­во­рит­ся, что гру­зины приш­ли в За­кав­каз­ье со своей пер­во­на­чаль­ной ро­дины, ко­торая мыс­лит­ся ав­то­ром где-то на юге» [19. С. 30].
Какие бы «миг­рацион­ные идеи», от­рицаю­щие на­хож­дение тю­рок на ал­банс­ких зем­лях до Рож­дест­ва Хрис­това, ни выд­ви­га­лись [20], на­ли­чест­вую­щий у нас оно­мас­ти­чес­кий ма­териал при со­пос­тав­лении его с пись­мен­ными ис­точ­ни­ками сви­де­тель­ствует о том, что тю­рок на тер­ри­тории Кав­каза необ­хо­димо счи­тать ав­тох­то­нами. Те же из исс­ле­до­ва­те­лей, кто всё ещё ратует за миг­рацию тю­рок с Алтая, или не отк­ро­вен­ны, или не мо­гут отор­вать­ся от идео­ло­ги­чес­кой ус­та­нов­ки, именуе­мой кон­ъюнк­ту­рой.

Возь­мём, к при­меру, наз­вание гру­зинс­кого гор. Кас­пи, рас­по­ло­жен­ного на ле­вом бе­регу Куры при впа­дении в неё р. Ле­хуры, в 48 км к се­веро-за­паду от Тби­лиси [21. С. 499]. Бе­зус­лов­но, это наз­ва­ние вос­хо­дит не­пос­редс­твен­но к од­ному из тюрк­ско-ал­банс­ких племё­н – кас­пиям [22. С. 273–274], фик­сируе­мым пись­мен­ными ис­точ­ни­ками на до­воль­но об­шир­ном прост­ранс­тве вплоть до При­чер­но­мор­ья [23. С. 152; 24. С. 17–39; 1. С. 385–402]. По пред­по­ло­жениям не­ко­то­рых учё­ных, при­сутс­твие кас­пиев в ин­те­ресую­щем нас регио­не зас­ви­де­тель­ство­вано и ар­хео­ло­ги­чес­ким ма­териа­лом на­чиная с V в. до н. э. В од­ной из энцик­ло­пе­дий об этих пле­ме­нах го­во­рит­ся следую­щее: «Кас­пии – пле­мена ибе­рийс­ко-кав­казс­кой груп­пы, оби­тав­шие в степ­ных ра­йо­нах Вос­точ­ного Азер­байд­жана. Впер­вые упо­мя­нуты Ге­ро­до­том в V в. до н. э. Поз­же …кас­пии сли­лись с ми­дя­нами, ал­ба­нами и дру­гими пле­ме­нами. По имени кас­пиев по­лу­чило своё наз­вание Кас­пийс­кое море, а так­же од­на из об­лас­тей Древ­него Азер­байд­жана – Кас­пиа­на» [21. С. 499]. Мы считаем, что это нес­коль­ко неу­дач­ный вы­вод, и по­тому пос­тараем­ся обос­но­вать свою позицию.



Сог­лас­но Мои­сею Ка­лан­ка­туйс­кому «Кас­пиа­на прос­ти­ра­лась до во­рот Чола» [25. С. 60]. Но, вероят­но, не слу­чай­но наз­вание од­ной из вер­шин Кав­каза – Каз­бек (Каз­беги) своим проис­хож­дением обя­зано кас­пиям. При со­пос­та­ви­тель­ном ана­лизе соот­ветс­твую­щего ма­териа­ла мож­но за­ме­тить, что кас­пии – это те же тюр­ки-ха­зары [1. С. 385–402]. Не слу­чай­но и то, что в нас­тоя­щее время наз­вания Кас­пий и Ха­зар яв­ляют­ся си­но­ни­мами. Мог­ли же они стать меж­ду­на­род­но при-знан­ными в ка­чест­ве Dərye-i Mazandaran? Неоп­ро­вер­жи­мым под-тверж­дением пра­виль­нос­ти на­шего со­пос­тав­ления яв­ляет­ся и тот факт, что как кас­пии, так и ха­зары го­то­вили ры­бий клей [26. С. 249–250; 27. С. 101; 24. С.17–39].

При­ведё­нные дан­ные поз­воляют пе­рес­мот­реть сооб­ра­жения ряда исс­ле­до­ва­те­лей от­но­си­тель­но того, что ха­зары на ис­то­ри­чес­кой арене поя­ви­лись толь­ко в VII–VIII вв. н. э. [28. С. 118–127]. Общеиз­вест­но, что бул­гары и ха­зары – тюр­ки. Упо­минае­мый в пись­мен­ных ис­точ­ни­ках в связи с со­бытия­ми XIII в. до н. э. Аска­лон (евр. אשקלון ‘Ашке­лон’) свя­зан с тюр­ками-бул­га­рами. Му­суль­манс­кие ав­торы (Ибн Рус­та, ано­ним – «Ху­дуд ал-А'лам»), го­воря о бул­га­рах, на­зывают три их ос­но­вых рода (bulgar, barsel, askal). Наи­более круп­ным был род ас­кал (иш­гиль ~ اشغل ; ас­кал ~ أسكل). Наз­вание этого пле­­мени за­фик­си­ро­вано в па­мят­нике (saguntym) в чест­ь Кюль-тегина. Сог­лас­но Ибн Рус­те хан рода ас­кал был же­нат на до­чери бул­гарс­кого хана Алмуша المش / [29. С. 141–142; 14. С. 162]. Но ведь Мои­сей Хо­ренс­кий упо­минает ха­зар в связи с со­бытия­ми 193–213 гг. н. э. [30. С. 261]. Не­ко­торые исс­ле­до­ва­тели по­лагают, что пер­вые сооб­щения о тюр­ках-ха­за­рах, судя по пись­мен­ным ис­точ­ни­кам, поя­ви­лись в период прав­ления гру­зинс­кого ца­ря Мир­вана (167–123 гг. до н. э.), ко­то­рый, спасаясь от их на­бе­гов, ук­реп­ляет Дар­ьял [31. С. 23]. В позд­ней­ших схолиях к текс­ту гру­зинс­кой ле­то­писи Кав­каз именует­ся Иал­буз, Албуз [32. Ком­мент. 10], что соот­ветс­твует тюрк­скому по­нятию ‘снеж­ная / ле­дяная вер­ши­на’. Если же до­ве­рить­ся гру­зинс­кой традиции, то ха­зары фик­сируют­ся там уже за пол­торы ты­сячи лет до Р. Х. [33. С. 213–247]. По мнению ком­мен­та­тора «Жиз­ни карт­лийс­ких ца­рей» Г. В. Цулая, ко­то­рый ссылает­ся на Ю. Клап­рота и В. Б. Ко­ва­левс­кую, ска­зание ос­но­вано на имею­щих­ся в гру­зинс­кой ис­то­ри­чес­кой традиции све­дениях о по­хо­дах ски­фов че­рез Кав­каз в Пе­ред­нюю Азию в VII в. до н. э. [32; 34. С. 175; 35]. Но это оз­начает, что гру­зинс­кая традиция, так же как и греко-ла­тино-сла­вянс­кая, считая ски­фов тюр­ками [3. С. 113–115], ста­вит знак ра­венс­тва меж­ду са­ка­ми и ха­за­рами-тюр­ками. Уже в ран­нес­ред­не­ве­ко­вых ис­точ­ни­ках скифы упо­минают­ся как Σκλαβοι (sclavin) / (as-saqaliba) / Սկլաւային (скла­ва­йин). Так на­зы­вали са­ков – sakalar [3; 36. C. 63–70]. Это поз­воляет ут­верж­дать, что даже в «арабс­кий» период скифы / саки не сош­ли с ис­то­ри­чес­кой арены. Здесь уже следует об­ра­тить вни­мание на такую язы­ковую за­ко­но­мер­ност­ь, именуе­мую ме­та­те­зой, ког­да sak- читает­ся как kas-, что подт­верждает пра­виль­ност­ь сооб­щения гру­зинс­кого ано­нима. По­доб­ных при­ме­ров пре­дос­та­точ­но: leqqel; asse; kutartuxar и т. д. Иссле­до­вания по­ка­зывают, что наз­вание kaspi (каs + суф. мн. ч. pi, ко­то­рый од­нов­ре­мен­но вы­пол­нял и фун­кцию то­по­ни­ми­чес­кого фор­ман­та, произ­вод­ного из тюрк­ского по­нятия oba ‘дом, мест­ност­ь’) и имя x + azar / azar имеют зна­чение ‘асы (аланы), асс­кий муж’, ко­то­рых, лишь по убеж­дению В. И. Абае­ва [37. С. 57–68], до сих пор нео­бос­но­ван­но при­чис­ляют к сов­ре­мен­ным осе­ти­нам [38. С. 340–351]. Одним из не­дос­тат­ков мно­гих та­ких исс­ле­до­ва­ний яв­ляет­ся то, что в них не при­нимает­ся во вни­мание упо­ми­нание в пись­мен­ных ис­точ­ни­ках од­ного и того же тюрк­ского пле­мени под раз­ными наи­ме­но­вания­ми, напр.: аs / alan ~ vened / ant ~ ~ saklab ~ bulqar. Так, пер­сидский ис­то­рик Гар­дизи, ав­тор со­чи­нения «Зайн ал-ах­бар», ccылаясь на Джей­хани, го­во­рит об ала­нах в главе о тюр­ках [39. С. 41–62]. Идриси, ав­тор XII в., за­фик­си­ро­вал в зем­ле ала­нов го­род Ашкал, в наз­вании ко­то­рого прос­ле­живает­ся имя бул­гар / ас­кал [40. С. 210]. Михаил Си­риeц cчитает Бар­селию «стра­ной ала­нов» [41. С. 79–84]. В арабс­кой вер­сии Ага­фан­гела аланы упо­минают­ся вмес­то ал­ба­нов, тер­ри­торию про­жи­вания ко­то­рых и ох­ва­ты­вала Бар­селия / Шир­ван [42. С. 63]. Поэ­тому при со­пос­тав­лении по­ня­тий аs ~ alan ста­но­вит­ся яс­ной позиция ис­то­ри­ков, пред­ло­жив­ших такое срав­нение. И, как бы ни про­ти­ви­лись этому пред-ста­ви­тели ира­нис­тики, аланы, из­вест­ные по ис­точ­ни­кам как азы / /асы / ясы, опять же были тюр­ками. Исланд­ский ис­то­рик Снор­ри Стур­лу­сон, ав­тор «Млад­шей Эдды», расс­ка­зывая об Одине, от­мечает, что он был гла­вой асов-ту­рок [43. С. 5, 11; 44. С. 75–85; 45. С. 12]. Пе­ре­вод­чик «Иу­дейс­кой вой­ны» Ио­сифа Флавия пи­шет: «Язык же ясес­кый ве­домо ест­ь яко Пе­че­нежс­ка рода ро­дися (it is well know that the Jas …language (or people) is descended from Pečenegs…), жи­вущие под­ле Тана и Меотс­кого моря» [46. С. 454; 47. С. 29]. Следует особо под­черк­нуть, что он, ис­поль­зуя слово ве­домо, тем са­мым конк­рет­но под­чёр­кивает ни у кого в то время не вы­зываю­щий сом­нения факт. На­конец, ещё од­но подт­верж­дение этого фак­та мы наб­людаем у Би­руни. Он сооб­щает: «Va hum cinsu-l-ələn va-l-əs va lüğatuhum ələn mutarkibətu min əl-xvarizmiyə va-l-bəcənəkiyyə» ‘И они род ала­нов и азов, и язык их, те­перь сос­тоя­щий из хо­рез­мийс­кого и пе­че­нежс­ко­го’ (пер. наш. – А. А.) [48. С. 193–194]. Пе­че­неги-огузы про­жи­вали на «зем­ле Кен­гер», впос­ледс­твии из­вест­ной как Гирд­ман. Зна­чи­тель­но поз­же ин­те­ресую­щих нас со­бы­тий ви­зан­тийс­кий им­пе­ра­тор Конс­тан­тин VII Пор­фи­ро­ге­нет (Баг­ря­но­род­ный), го­воря о прид­неп­ровс­ких пе­че­не­гах, упо­ми­нал у них хана Кор­кутэ из рода гил [49. С. 16–17], в имени ко­то­рого ус­мат­ривает­ся имя Кор­куд. Поэтому, по­лагаем, оп­рав­дывает­ся ут­верждение учё­ных о про­хож­дении се­вер­ной границы Албании по р.Те­рек [6. C. 129–148]. Если же до­ве­рить­ся ар­мяно-гру­зинс­ким ис­точ­ни­кам, то наз­вание ис­то­ри­чес­ких ов­сов берё­т своё на­чало от имени Уос­боса (арм. Уов­бос), сына ха­зарс­кого пра­ви­теля [50. С.25; 51. С. 116]. Сов­ре­мен­ные осе­тины, на­зывая себя иронца­ми, лишь по ино­наз­ванию стали но­си­те­лями ис­то­ри­чес­кого тюр­киз­ма, кем сей­час яв­ляют­ся, нап­ри­мер, бол­гары.

Та­ким об­ра­зом, ха­зары (это те же кас­пии, упо­минае­мые Ге­ро­до­том) жили на Кав­казе за­дол­го до того вре­мени, ког­да их за­фик­си­ро­вал гре­чес­кий ис­то­рик. И, как нам предс­тав­ляет­ся, не­за­чем об­ви­нять гру­зинс­кого ано­нима в анах­ро­низ­ме. Исходя из при­ведё­нных дан­ных, а так­же ос­та­вив в сто­роне сог­лас­ную т, выс­тупаю­щую в гру­зинс­ких ис­точ­ни­ках в ка­чест­ве то­по­ни­ми­чес­кого фор­ман­та (Сом­хети, Клард­жети, Ка­хети и др.), ко­то­рый в тюрк­ских язы­ках яв­ляет­ся од­нов­ре­мен­но и по­ка­за­те­лем мно­жест­вен­ного чис­ла (sakat, türküt, başgird [52. С. 21–37]), мож­но за­ме­тить, что Эрети (на-звание ко­то­рого по­чему-то при­чис­ляли к наз­ваниям нахс­ко-да­гес­танс­кой груп­пы ибе­рийс­ко-кав­казс­кой язы­ко­вой сем­ьи, а Д. Л. Мус­хе­ли-швили сам го­род считает гру­зинс­кой тер­ри­торией [18]) имеет тюрк­скую ос­нову в зна­чении ər ‘муж’ (по­нятие свя­зано со све­то­вым на­ча­лом, ибо его си­но­ни­мом яв­ляет­ся слово al-), что прос­ле­живает­ся и в наз­ваниях xazar / azar. Эти наз­вания сох­ра­нили то же самое по­нятие, ко­торое фик­сирует­ся в наи­ме­но­ваниях Аран / Албания / Агван / Азер­байд­жан.



За­бегая нес­коль­ко вперё­д, хо­те­лось бы от­ме­тить: в тюрк­ских язы­ках мор­фо­нема -ar с раз­витием её в al-, а так­же ak- вы­пол­няют фун­кцию све­то­вого / цве­то­вого де­тер­ми­нан­та, что наш­ло своё от­ра­жение в ин­доев­ро­пейс­ком al- (нап­ри­мер natural с ме­та­те­зой в le – оп­ре­делё­нный ар­тикл­ь, а так­же в се­митс­кое al- – оп­ре­делё­нный ар­тикл­ь арабс­кого языка). Следует иметь в виду, что здесь мы го­во­рим об оп­ре­де­лении (при­ла­га­тель­ном). Учи­тывая све­товую ма­ни­фес­тацию Бога, си­но­ни­мом ко­то­рого у тю­рок был Baba (Бог / муж), по­лагаем, что свя­зан­ные с ним тюрк­ские по­нятия ar-, al-, ak- (aka / ağa) вна­чале яв­ля­лись теоант­ро­по­морф­ным окон­чанием (Baba + k, Sparta + k, Маз­да + к), а впос­ледс­твии, с раз­витием пле­мен­ных от­но­ше­ний, стали упот­реб­лять­ся в ка­чест­ве суф­фик­са пле­мен­ной мно­жест­вен­нос­ти, дос­лов­но – ой­коса, напр.: xazar / kazax, kamax / kumıx / kamar и т. д.
Для подк­реп­ления вышеу­ка­зан­ных по­ло­же­ний раз­берё­м не­ко­торые ал­банс­кие то­по­нимы, ко­торые Д. Л. Мус­хе­лиш­вили по­чему-то хо­чет предс­та­вить как гру­зинс­кие. Вот что по этому по­воду он пи­шет: «…ты­ся­че­лет­ний процесс ин­тен­сив­ного про­ник­но­вения в Эрети вос­точ­ног­ру­зинс­ких племё­н, а с IV века и вос­точ­ног­ру­зин-ского хрис­тианс­тва при под­держ­ке по­ли­ти­чес­кой влас­ти не мог не со­дейс­тво­вать неу­кос­ни­тель­ной ас­си­миляции мест­ного на­се­ления Эрети. На это ука­зывает …пос­те­пен­ное рас­ши­рение ис­то­рико-гео-гра­фи­чес­кого по­нятия “Ка­хети” за счёт сок­ра­щения Эрети, пока это пос­лед­нее не ис­чез­ло вов­се из жи­вой ис­то­рико-геог­ра­фи­чес­кой тер­ми­но­логии… Кроме этого, прав­да, кос­вен­ного, но неоп­ро­вер­жи­мого, на наш взгляд, до­ка­за­тель­ства [не­по­нят­ная ло­гика: «кос­вен­ного, но неоп­ро­вер­жи­мого»] мы имеем так­же прямые ука­зания на те дви­жущие силы, ко­торые обус­лов­ли­вали гру­зи­низацию або­ри­ге­нов. Это были гру­зинс­кий язык и гру­зинс­кая пись­мен­ност­ь, ко­торые вмес­те с гру­зинс­ким хрис­тианс­твом глу­боко внед­ря­лись в мест­ную среду. На это … ука­зывает гру­зинс­кая то­по­ни­мика Эрети, ко­торая свя­зана с не­пос­редс­твен­ным про­ник­но­вением сюда гру­зинс­ких племё­н. К счаст­ью, мы имеем воз­мож­ност­ь точ­но да­ти­ро­вать не­ко­торые из этих то­по­ни­мов. Так, нап­ри­мер, уже Пто­ле­мей на­зывает в Алвании “го­род Те­леба” [V. 11. 2], ко­то­рый ком­мен­та­торы со­вер­шен­но спра­вед­ливо иден­тифици­руют с ны­неш­ним го­ро­дом Те­лави, из­вест­ным из дру­гих пись­мен­ных ис­точ­ни­ков с Х в. как цент­р Ка­хети… “Те­лави” же считает­ся фор­мой мно­жест­вен­ного чис­ла от слова “тела” (‘вязь­’). Сле­до­ва­тель­но, “Те­лави” по-гру­зинс­ки оз­начает ‘вязи, мес­то вя­зей’. Итак, ес­ли иден­ти­фикация Те­леба Те­лави пра­во­мер­на, то мы уже во II в. конс­та­тируем на­личие вос­точ­ног­ру­зинс­кого на­се­ления на тер­ри­тории За­пад­ного Эрети…» [18. С. 22].

П
5 «Тцрколоэийа», № 4


ред­по­ло­жим, что Те­леба – это Те­лави, хотя к окон­ча­тель­ному вы­воду по ло­ка­лизации го­ро­дов и рек Албании исс­ле­до­ва­тели пока не при-ш­ли [53. С. 120–131]. Сам же Л. Д. Мус­хе­лиш­вили за­мечает, что Пто­ле­мей рас­по­лагает Те­леба не в ис­то­ри­чес­кой Грузии, а в Албании. Тем са­мым он подч­ёркивает, что тер­ри­тория, именуе­мая им как «Вос­точ­ная Грузия», на са­мом деле и ест­ь Албания. Кстати, следует от­ме­тить, что в Ку­бинс­ком ра­йоне и сей­час имеет­ся на­селё­нный пунк­т Talabi (Баш Та­лаби) [45. C. 14]. Воз­никает за­ко­но­мер­ный воп­рос: по­чему же, проеци­руясь с позиций свое­го вре­мени и мыш­ления, Д. Л. Мус­хе­лиш­вили считает, что Те­лави, ко­торое рас­по­ла­га­лось на ал­банс­ких зем­лях, долж­но трак­то­вать­ся c гру­зинс­кого, а не с ал­банс­кого, точ­нее – тюрк­ского? Ведь кроме этого, как от­мечает гру­зинс­кий ис­то­рик, «кос­вен­ного до­ка­за­тель­ства», якобы подтверж­даю­щего его умо­зак­лю­чения, на­личие здесь соб-ствен­но гру­зинс­ких племё­н, в сов­ре­мен­ном ос­мыс­лении дан­ного тер­мина, ни­чем не подт­верж­дает­ся. Как уже от­ме­ча­лось, кас­пии, но уже тюр­ки, ар­хео­ло­ги­чес­ки фик­сируют­ся на тер­ри­тории Грузии с V в. до н. э. Далее, по­чему Д. Л. Мус­хе­лиш­вили, эти­мо­ло­ги­зируя пер­вую част­ь слова Те­лави тела- из гру­зинского как ‘вязь­’, а всё наз­вание как ‘мес­то вя­зей’, не об­ращает вни­мания на вторую част­ь дан­ного наи­ме­но­вания – -ави, т. е. прос­то за­мал­чивает его? Для об­ъяс­нения этого не­до­ра­зу­мения об­ра­тим­ся к следую­щему те­зису учё­ного: «…около ны­неш­него г. Гурд­жаа­ни за­фик­си­ро­ван то­по­ним Ках­ту­бани, что на русс­ком языке оз­начает ‘по­се­ление ка­хов’. Ках­ту­бани, или Ка­хис-убани, неод­нок­рат­но встречает­ся в сред­не­ве­ко­вом до­ку­мен­таль­ном ма­териа­ле» [18. С. 22]. Этим ут­верж­дением Д. Л. Мус­хе­лиш­вили сам даёт нам ключ к раз­гад­ке проис­хож­дения всего наз­вания Те­лави и до­ка­зывает, что он пред­на­ме­рен­но не раск­рывает по­нятие -ави в ука­зан­ном то­по­ниме. Если при­нять -(а)ни в наз­ваниях Гурд­жаа­ни, Ках­ту­бани в ка­чест­ве то­по­нимооб­разую­щего фор­ман­та кав­казс­ких язы­ков (нап­ри­мер Atauni, Iqani, Etiuni или тот же Qardabani) [54. С. 75; 55. С. 355] и ис­хо­дить из эти­мо­логии слова Ках­туба ‘мес­то ка­хов’ (по Д. Л. Мус­хе­лиш­вили), то мож­но за­ме­тить, что как в наз­вании Ках­туба, так и в наи­ме­но­вании Те­лави на­ли­чест­вует один и тот же ком­по­нент -ави / -уба, ана­логия ко­то­рому в тюрк­ском -oba / -uwa / -ua / -ev / -ey ‘по­се­ление, дом’ от­ра­зи­лась в балканс­кой, при­чер­но­морс­кой и пе­ред­неа­зиатс­кой топонимии далё­кого прош­лого – Tuşpa, Sinopа, Nineviya, Parsua, Khurdab и т. д. [14. С. 159; 15. С. 25]. Уже од­но это яв­ляет­ся неоп­ро­вер­жи­мым сви­де­тель­ством при­сутствия тю­рок в ука­зан­ном регио­не с древ­ней­ших времё­н. Чтобы до­ка­зать, что пер­вая част­ь в наз­вании Те­лави так­же имеет тюрк­ское проис­хож­дение, об­ра­тим­ся к оче­ред­ному ис­точ­нику соот­вет-ствую­щего вре­мени, ко­то­рый и поз­во­лит рас­шиф­ро­вать ука­зан­ную част­ь дан­ного слова. Стра­бон о до­роге, ве­ду­щей из Албании в Иберию, пи­шет следую­щее: «Про­ход из Иверии в Албанию идё­т че­рез без­вод­ную и не­ров­ную Кам­ви­сену (Καμβυσηνης) к реке Ала­зонию» [26. С. 143]. Нес­коль­ко ранее гре­чес­кий ав­тор сооб­щает: «Ко­неч­ный учас­ток до­роги ох­раняет­ся неп­рис­туп­ным ук­реп­лением. Про­ход из Албании идё­т сна­чала че­рез скалы, вы­се­чен­ной в кам­не тро­пой, за­тем че­рез пой­му, об­разуе­мую ре­кой Ала­зонием, те­ку­щей с Кав­каза» [Strabo XI: III: 5; 26. С. 140; 6. С. 131]. Если до­ве­рить­ся Стра­бону и учест­ь, что ал­баны ест­ь не кав­казоя­зыч­ный, а тюрк­ский этнос, то мож­но по­нять: путь из Албании в Иберию про­хо­дил по «рас­ще­лине», что соот­ветс­твует тюрк­скому telik / dəlik ‘от­верс­тие’, ‘нить­’ [56. I. С. 388; 57. С. 550]. Иными сло­вами, Те­лави, сог­лас­но геог­ра­фи­чес­кой раск­лад­ке гре­чес­кого геог­рафа, – это Tel(ik) oba ‘про­торё­нное мес­то’, т. е. налицо оче­ред­ное подт­верж­дение того, что во вре­мена Стра­бона и Пто­лемея гру­зинс­кий язык ни в коем случае не мог до­ми­ни­ро­вать в ука­зан­ном регио­не.
Науч­ная но­виз­на и прак­ти­чес­кая зна­чи­мост­ь стат­ьи. В стат­ье даёт­ся новая эти­мо­логия этно­ни­мов сак­лаб, кас­пи, ха­зар, ас и то­по­ни­мов Гирд­ман и Те­лави. При­менё­нный вмес­то преж­него под­ход к изу­чению этих наз­ва­ний поз­во­лит исс­ле­до­ва­те­лям, считаясь с при­сутс­твием тю­рок на тер­ри­тории Древ­него Азер­байд­жана, по-иному по­дой­ти ко мно­гим этни­чес­ким процес­сам, ко­торые проис­хо­дили на Кав­казе и во всем Пе­ред­неа­зиатс­ком регио­не на­чиная с древ­ней­ших времё­н.


Л И Т Е Р А Т У Р А


  1. Алекперов Алекпер. Кадусии как древнейший тюркский этнос Азербайджана // Dirçəliş – XXI əsr. Bakı: Azərbaycan Dövlət Quruculuğu və Beynəlxalq Münasibətlər İnstitutu, 2010. T. 147–148.

  2. Он же. О спорных моментах этнической истории Европы и Передней Азии XIII в. до н. э. – IV в. н. э. в свете изучения истории Кавказской Албании // Elm. 2000. 4 мая.

  3. Алекперов Алекпер. Об этническом происхождении скифов // Актуальные проблемы истории Кавказа: Мат-лы Междунар. конф., посвящ. 100-летию со дня рождения Р. М. Магомедова (Махачкала, 14–15 апр. 2010 г.). Махачкала, 2010.

  4. Алекперов Алекпер. О кресте, Рождестве и раскрытии их мифологической сущности; Азербайджан – это Атропатена, или Страна Света // Sosial bilgilər: İnformasiya bülleteni. 2000. № 8–9.

  5. Он же. О происхождении названия мугам // Azərbaycan milli musiqisinin tədqiqi problemləri: Elmi məqalələr toplusu. Bakı, 1999. 3.

  6. Юшков С. В. К вопросу о границах Древней Албании // Изв. АН СССР. 1937. Т. 1.

  7. Новосельцев А. П. Некоторые черты древнерусской государст­венности в сравнительно-историческом аспекте // Древнейшие государства на территории СССР. М., 1985.

  8. Заходер Б. Н. Каспийский свод сведений о Восточной Европе. М.: Наука, 1962. Т. 1.

  9. Минорский В. Ф. История Ширвана и Дербенда X–XI веков. М.: Изд-во вост. лит., 1963.

  10. Alekperov A. On the problem of autohtonity of the Turkic population of Garabag // Sosial bilgilər: İnformasiya bülleteni. 2000. № 1.

  11. Халилов Мубариз. Реликты в миниатюре XVI века / İrs (Наследие). 2004. № 1 (19).

  12. История Азербайджана: (XIII–XVIII века) / Под ред. Огтая Эфендиева. Баку: Элм, 1999. Т. 3.

  13. Мустафазаде Т. Т. Азербайджан и русско-турецкие отно­шения в первой трети XVIII в. Баку: Элм, 1993.

  14. Hudud al-A’lam: («The regions of the world» a Persian geography). 372 A. H. – 982 A. D. / Tr. a. exp. by V. F. Minorsky.

  15. Алекперов Алекпер. Связи Азербайджана с «Севером» накануне вторжения сельджуков: (вторая половина IX в. – 60-е годы XI в.): Автореф. дис. …канд. ист. наук. Баку, 1992.

  16. Он же. Ещё раз об этносе-разрушителе, или о чём звенит колокольчик В. А. Шнирельмана // Азербайджан и азербайджанцы. 2010. Т. 105–106, № 1–2: Рец. на кн.: Шнирельман В. А. Войны памяти: Мифы, идентичность и политика в Закавказье. М., 2003.

  17. Həmidova Şəfiqə. XVIII əsr gürcüdilli mənbələrinin Gəncə, Qarabağ və Kaxetiya bəylərbəyləri tarixin öyrənilməsində rolu // Tarix və gerçəklik: Azərbaycan tarix qurumu. Bakı, 2010. 1.

  18. Мусхелишвили Д. Л. Из исторической географии Восточной Грузии. Тбилиси: Мецниереба, 1982.

  19. Д
    5 *
    жавахишвили И. А
    . Основные историко-лингвистические проблемы истории Грузии, Кавказа и Ближнего Востока древнейшей эпохи // Вестн. древ. ист. 1939. № 4.

  20. Qaşqay Solmaz. Ön Asiyada miqrasiya proseslərinə dair. Bakı: Qərb – Şərq, 2009.

  21. Большая советская энциклопедия / Под ред. А. М. Прохо­рова. М.: Сов. энцикл., 1973. Т. 11.

  22. Ямпольский З. И. Каспи Грузии и этнотопонимические законо­мерности // Археологические памятники феодальной Грузии. Тбилиси, 1974. Т. 2.

  23. Меликов Рауф. Этническая картина Азербайджана в период Ахеменидского владычества. Баку, 2003.

  24. Алекперов А. Ф. Об этническом происхождении названия «Кадус» // Тр. / Ин-т ист. НАН Азербайджана. Баку, 2008. Т. 26.

  25. Каланкатуаци Мовсес. История страны Алуанк / Под ред. Ш. В. Смбатяна. Ереван, 1984.

  26. Латышев В. В. Известия древних писателей (греческих и латин­ских) о Скифии и Кавказе. СПб., 1893. Вып. 1.

  27. Магомедов М. Т. Образование Хазарского каганата. М., 1983.

  28. Семёнов И. Г. Образование Хазарского каганата // Вопр. ист. 2008. № 8.

  29. Ibn Ruste. Kitab al-A’lak an-nafisa. Leiden: BGA, 1892.

  30. Хоренский Моисей. История Армении / Рус. пер. Н. О. Эмина. М., 1893.

  31. Ağasıoğlu Firudin. Azər xalqı. Bakı, 2000.

  32. Мровели Леонти. Жизнь картлийских царей / Пер. с др.-груз., предисл. и коммент. Г. В. Цулая. М.: Наука, 1979.

  33. Патканов К. Ванские надписи и их значение в истории Передней Азии (б. т. л.). Ред. ф. Б-ки НАН Азербайджана. Сер. ФП, № 3160.

  34. Осетины глазами русских и иностранных путешественников / Сост. Б. А. Калоев. Орджоникидзе, 1967.

  35. Ковалевская В. Б. Скифы, Мидия, Иран во взаимоотно­шениях с Закавказьем по данным Леонти Мровели // Вестн. АН ГССР. Сер. ист., археол., этногр. и ист. искусства. 1975. № 3.

  36. Алекперов А. Ф. К интерпретации одного рассказа в сообщении персидского анонима «Худуд ал-Алем» // Изв. АН АзССР. Сер. ист., филос., права. 1991. № 1.

  37. Алиев Играр. О проникновении на территорию Азербайджана ираноязычных племён в конце II – начале I тысячелетия до н. э. // Изв. АН АзССР. Сер. ист., филос., права. 1987. № 2.

  38. Мизиев И. М. История Балкарии и Карачая с древнейших времён до походов Тимура. Нальчик, 1996.

  39. Бартольд В. В. Извлечения из сочинения Гардизи «Зайн ал-ахбар»: Прил. к «Отчёту о поездке в Среднюю Азию с научною целью». 1893–1894 гг. // Соч. М., 1973. Т. 8.

  40. Бейлис В. М. Ал-Идриси (XII) о Восточном Причерноморье и юго-восточной окраине русских земель // Древнейшие государства на территории СССР: Мат-лы и исслед. 1982. М., 1982.

  41. Новосельцев А. П. Хазарское государство и его роль в истории Восточной Европы и Кавказа. М.: Наука, 1990.

  42. Агафангел. Крещение армян, грузин, абхазов и аланов св. Григорием: Арабская версия / Пер. Н. Марра // Зап. Вост. отд-ния Импер. Рус. археол. о-ва. 1905. Т. 16, вып. 2–3.

  43. Стурлусон Снорри. Младшая Эдда. Л., 1970.

  44. Алекперов А. Ф. О «незначительной» путанице русской историо­графии // «Kitabi-Dədə Qorqud» dastanının 1300-illiyinə həsr olunmuş elmi-nəzəri konfransın materialları. Bakı, 1999. № 1.

  45. Миллер Б. Таты, их расселение и говоры: (Материалы и вопросы). Баку: О-во обслед. и изуч. Азербайджана, 1929.

  46. Мещерский Н. А. «История Иудейской войны» Иосифа Флавия в славяно-русском переводе. М., 1954.

  47. Pritsak O. The Pecenegs // Arch. Eurasiae Medii Aevi. Lidse, 1975. 1.

  48. Волин С. Л. К истории Древнего Хорезма // Вестн. древ. ист. 1941. № 1.

  49. Плетнёва С. А. Половцы. М., 1990.

  50. Прокопий из Кесарии. Война с готами / Пер. С. П. Кон­д­ратьева. М., 1950.

  51. Меликсет-Бек Л. М. Хазары по древнеармянским источ­никам в связи с проблемой Моисея Хоренского // Исследования по истории культуры народов Востока. Л., 1960.

  52. Golden P. B. The people نوكردة // Arch. Eurasiae Medii Aevi. Lidse, 1975. 1.

  53. Муравьёв С. А. Птолемеева карта Кавказской Албании и уровень Каспия // Вестн. древ. ист. 1983. № 1.

  54. Мещанинов И. И. Язык Ванских клинописных надписей. Л.: Изд-во АН СССР, 1932.

  55. Он же. Аннотированный словарь урартского (биайнского) языка. Л.: Наука. Ленингр. отд-ние, 1978.

  56. Kaşgari Mahmut. Divanü lügat-it-Türk tercümesi / Çeviren Besim Atalay. İstanbul, 1939–1945. C. 1–3.

  57. Древнетюркский словарь. Л.: Наука. Ленингр. отд-ние, 1969.

  58. Мамедова Фарида. Кавказская Албания и албаны. Баку, 2005.

  59. Xəlilov M. C. Аlbaniyanın yaşayış yerləri: (IV–X əsrlər). Bakı, 2010.



ƏLƏKBƏR ƏLƏKBƏROV
BƏZİ ADLARIN MƏNŞƏYİ MƏSƏLƏSİNƏ DAİR
X ü l a s ə
Məqalədə bəzi türk tayfalarının Cənubi Qafqazda qədimdə yaşaması izlənilir. Saqlab, xəzər, kaspi, as, alan, barsel, Telavi, Girdman və digər adların tədqiqi sübut edir ki, onlar türk mənşəlidir.
Açar sözlər: kaspi, xəzər, Elbrus, Girdman,

Mushelişvili
ALEKPER ALEKPEROV
ON THE PROBLEM OF ORIGIN OF SOME NAMES
S u m m a r y
In this article studies the resettlement of the various Turkic tribes in the Southern Caucaus. Studies such names and word of this region as Saqlab, Kaspi, Khazar, As, Alan, Barsel, Telavi, Girdman back to ancient Turkic origin.
Key words: Kaspi, Khazar, Elbrus, Girdman,

Muskhelishvili

T Ü R K O L O G İ Y A




Yüklə 1.19 Mb.

Dostları ilə paylaş:
1   2   3   4   5   6




Verilənlər bazası müəlliflik hüququ ilə müdafiə olunur ©azrefs.org 2020
rəhbərliyinə müraciət

gir | qeydiyyatdan keç
    Ana səhifə


yükləyin