Владимир Ростиславович Мединский Война. Мифы СССР. 1939–1945




Yüklə 6.16 Mb.
səhifə10/28
tarix17.04.2016
ölçüsü6.16 Mb.
1   ...   6   7   8   9   10   11   12   13   ...   28

Часть 4
Урок массового героизма



Храбрость – это мужество, вдохновленное духовностью. Упорство же, с которым большевики защищались в своих дотах в Севастополе, сродни некоему животному инстинкту, и было бы глубокой ошибкой считать его результатом большевистских убеждений или воспитания. Русские были такими всегда и, скорее всего, всегда такими останутся.

Йозеф Геббельс
Да, враг был храбр. Тем больше наша слава.

К. Симонов

Глава 1
Героев было очень много…



Подвиг и символ

Урок Великой Отечественной, который нам следовало бы усвоить получше, – это урок массового героизма. Само выражение «массовый героизм» звучит как-то странно, ведь героизм просто по определению это то, что должно быть исключительным, уникальным. Но что тут поделаешь, если он действительно был массовым? То, что всегда, во всей мировой военной истории, было исключением из правила, у нас стало правилом, нормой.

Массовый подвиг советских людей во время войны дал колоссальный пропагандистский материал. Когда победа куплена кровью миллионов и скреплена десятками тысяч примеров того, как люди сознательно жертвовали жизнью, – это чрезвычайно укрепляет любой политический режим.

Во время и после «идеологический перестройки» этот массовый подвиг особенно настойчиво ставился под сомнение.




Панфилов Иван Васильевич (1892–1941)

Генерал, Герой Советского Союза

Его имя навсегда вписано в историю, да так, что никому не вычеркнуть, благодаря подвигу его солдат – «героев-панфиловцев». 28 их было или больше – не имеет никакого значения. В ноябре 1941-го «в белоснежных полях под Москвой» 316-я стрелковая дивизия Панфилова встала – насмерть. Там погиб и сам генерал. Панфилов прошел традиционный для советского военного путь: через окопы, от рядового солдата, до кадрового офицера и генерала. Все, кто смотрел фильм «Офицеры», помнят одного из двух главных героев – генерала-танкиста…. – вот он, почти калька с биографии Панфилова. Панфилов воевал с немцами во второй раз. Первую мировою начал рядовым, закончил – старшиной-фельдфебелем. На Гражданской сначала командовал взводом, потом – ротой. После двухгодичной школы командиров РККА получил назначение в Среднюю Азию, где снова воевал – с басмачами. Второй боевой орден Красного Знамени получил в мирном 1929-м. В ноябре 1941-го, за несколько дней до гибели, получил третий.

316-я дивизия была наспех сформирована в Алма-Ате из местных военнообязанных запаса. Прямо оттуда, где и зимы то толком не бывает, ее бросили на перехват немецких танков под Волоколамск. Огромный практический опыт Панфилова и стал залогом того, что его бойцы – эти необстрелянные еще вчера сугубо штатские люди – в решительный момент не дрогнули перед элитными бронетанковыми частями вермахта. Военные историки отмечают: Панфилов впервые широко применил систему глубоко эшелонированной артиллерийской противотанковой обороны, создал и умело использовал в бою подвижные отряды заграждения. Семь дней его дивизия вместе с курсантским полком отбивала атаки кратно превосходящего противника на подступах к Волоколамску. Возможно, эти семь дней и решили исход битвы под Москвой
Официальный советский миф разоблачали, тужась доказать, что «все было не так».

К сожалению, разоблачать пропаганду сталинского времени нетрудно. Шла война, и все делалось топорно, в спешке, с презрением к деталям. Сталинские пропагандисты всегда описывали истории, как опять же говорят киношники, «базированные на реальных событиях». Но, как и положено в Голливуде, – лакировали, отбрасывали лишнее, временами нещадно перевирали детали: имена, места, обстоятельства дела.

Понять их можно. Во-первых, под артобстрелом не до подробностей. А во-вторых – ведь писали не документально-исторические хроники, не жизнеописания конкретных личностей. Широкими мазками создавали панораму войны, где каждый герой был как бы символом, собирательным образом.

Александр Матросов – солдат-пехотинец 2-го отдельного стрелкового батальона 91-й отдельной Сибирской добровольческой бригады имени И. В. Сталина. Одной из причин его посмертной славы было то, что в названии его части каждое слово било в цель, укладывалось в мифологию. Сибиряк, в советской мифологии – практически сверхчеловек. Доброволец. И, главное, имени Сталина! Правда, после развенчания культа личности название бригады куда-то незаметно исчезло.

28 героев-панфиловцев олицетворяли собой всех защитников Москвы.

Сержант Павлов и снайпер Зайцев – защитников Сталинграда.

Летчик Гастелло – это русский камикадзе.

Маресьев – символ несгибаемого духа русского солдата.

Этим «символизмом» порой пользуются для того, чтобы «разоблачить» не только сталинскую пропаганду, но и сам подвиг. Не по злому умыслу, а скорее по недомыслию, или попросту по глупости. Что вполне подобно классическому: «выплеснули вместе с грязной водой и ребенка». Впрочем, всякое бывает.

Наш камикадзе? Нет, наш герой

Приведу несколько примеров с наиболее известными «характерными» именами героев войны, ставших в те годы своего рода военными иконами.



Н. Ф. Гастелло. По официальной версии, 26 июня 1941 года на направлении Молодечно – Радошковичи Николай Гастелло, вместо того чтобы катапультироваться и остаться в живых, – направил свой подбитый самолет на колонну танков и автомобилей вермахта, наступавших на Минск.


Зайцев Василий Григорьевич (1915–1991)

Снайпер, Герой Советского Союза

На всю жизнь Василий Зайцев запомнил советы деда-охотника: «Посиди, осмотрись, установи, кто в том лесу был в твое отсутствие. Скинь с головы малахай, прислушайся к птичьему разговору, определи жизнь в лесу. Если птичий разговор приближается, нужно занять выгодное положение, притаиться и ждать: зверь идет ни тебя. Замри. Не шелохнись».

Оказавшись в Сталинграде, уральский паренек стал охотником за немцами. Кстати, совершенно случайно – его никто не готовил, он не учился на снайперских курсах, и в школе – «ворошиловским стрелком» не был. Просто очень метко стрелял. Как настоящий уральский охотник в…цатом поколении. Самородок. К тому времени, как ему вручили снайперскую винтовку с оптическим прицелом, из простой «трехлинейки» Зайцев уже убил 32 гитлеровца. Получив снайперскую, он за месяц – с 10 ноября по 17 декабря 1942 года – уничтожил 225 солдат и офицеров вермахта, в том числе 11 снайперов (среди которых был чемпион Берлина по стрельбе и охранник Гитлера). Один из этих реальных эпизодов его боевой биографии стал основой для фильма «Враг у ворот» Жан-Жака Анно. В январе 1943 года Зайцев был тяжело ранен и едва не потерял зрение, но вернулся в строй, закончил войну капитаном. Уральский паренек оказался очень неглуп: Зайцевым написаны два учебника по снайперскому делу, именно он придумал прием снайперской охоты «шестерками» – когда зону перекрывают огнем три пары снайперов (пара: стрелок-наблюдатель). Уйти живым из «зоны поражения Зайцева» может только человек-невидимка. Учеников Зайцева шутливо называли «зайчатами» – он организовал целое снайперское движение. После войны работал директором завода в Киеве, издал мемуары «За Волгой земли для нас не было. Записки снайпера». Эти слова «За Волгой для нас земли нет» «выбиты в граните» на мемориале Мамаева кургана
Посмертно награжден Звездой Героя, о летчике написаны книги, именем Гастелло были названы колхозы, пионерские дружины, корабли и заводы.

Сегодня есть много всяческих альтернативных версий. Якобы корреспонденты военных газет просто перепутали: Гастелло вообще не было в этом месте, он погиб намного раньше, а на таран танковой колонны пошел другой летчик, Александр Маслов.

Есть версия, что сам Гастелло не дотянул до танковой колонны – его самолет рухнул где то на опушке, а врезался в фашистов другой самолет.

Все в СССР были убеждены в том, что Гастелло совершил подвиг в одиночку, и притом на истребителе. Ведь при рассказе о подвиге Н. Ф. Гастелло члены его экипажа, как правило, не упоминались. Вообще. Словно их там и не было. А в послевоенной художественной литературе главными героями авиации были летчики-истребители. Как одиночку, пилота-истребителя, Гастелло и рисовала пропаганда. И в пьесе «Гастелло» подвиг совершался одним Гастелло, на истребителе, и на мозаичных панно, и на картинах, на иллюстрациях к книгам – везде он изображался один.

На самом деле это был бомбардировщик, и вместе с командиром Гастелло погибли члены экипажа: лейтенант А. А. Бурденюк, лейтенант Г. Н. Скоробогатый, старший сержант А. А. Калинин.

Экипаж погиб весь, просто летчики остались в тени подвига командира. Только в 1958 году они были награждены орденами Отечественной войны I степени (посмертно).

Широко ходят и другие мифы: что Гастелло совершил первый таран в истории авиации; или что Гастелло совершил первый в истории таран наземной цели.

Это, конечно, не так.

На самом деле первый в истории воздушный таран применил русский летчик Петр Николаевич Нестеров. Тот самый, которого «петля Нестерова». Произошло это еще в 1914 году в ходе Первой мировой войны.

Первый таран самолетом наземной цели совершил советский летчик Михаил Ююкин 5 августа 1939 года на реке Халхин-Гол.

Первый таран в истории Великой Отечественной совершили практически одновременно советские летчики Д. В. Кокорев, Л. Г. Бутелин и И. И. Иванов.

Время их подвига различаются буквально на минуты: Кокорев был первым, тараном сбив самолет противника 22 июня 1941 года приблизительно в 4 часа 15 минут, а Иванов – в 4 часа 25 минут.

Первый в истории Великой Отечественной войны таран наземной цели совершил советский летчик П. С. Чиркин – и тоже в первые часы войны – 22 июня 1941 года.

Стоп, стоп… Вот типичнейшее явление, возникающее при любом «разоблачении» героев войны: как только начинают их «разоблачать», тут же оказывается – у «официальных» героев есть предшественники! Много предшественников, и еще больше – последователей.

В СССР часто говорили о летчиках, «повторивших подвиг Гастелло». Их на самом деле – были сотни. Генерал-майор авиации А. Д. Зайцев в своей книге «Оружие сильных духом» оценивает количество воздушных таранов в более чем 620141.

Не все тараны были самоубийственными, очень часто наш летчик спасался, катапультируясь, иногда – даже умудрялся спасти свой самолет.

При этом вражеский экипаж и его самолет никогда после тарана не выживали, да и от колонны танков, бронетехники, мостов, кораблей – куда только ни направляли свои самолеты наши герои – мало что оставалось.

Гастелло – наш камикадзе? Нет. Камикадзе – человек, который изначально, в одиночку, в самурайском духе готовится к смерти. Его таран – практически религиозный поступок, к которому он идет всю жизнь.

В случае с Гастелло все по-другому. Прежде всего, члены экипажа его бомбардировщика – люди неверующие, они не верят ни в перерождение, реинкарнацию, ни в вечную жизнь. Это сознательный гражданский поступок. Эти люди готовились не к смерти, а к долгой счастливой жизни вместе с детьми и внуками. А главное, решение принимает не один человек – это коллективное решение – о самопожертвовании. Подобные вещи тысячекратно сильнее, чем поступок любого камикадзе.

Пропаганда военной поры выделяла кого-то одного, чаще всего – случайно. Стремительно «лепилась» нужная биография, придумывались назидательные детали. Создавалась легенда, нужная пропагандистской машине, и часто сам герой рисковал не узнать самого себя в этом образе.

По законам жанра герой всегда один, потому что запоминается один человек. Летчик Гастелло. Летчик Талалихин. Летчик Маресьев. Красноармеец Матросов. Комсомолка Космодемьянская. Пионер-герой Леня Голиков.

Одни лица возвеличивались, другие могли практически игнорироваться. Забыли даже тех, кто сидел в одном самолете с Гастелло. Но давайте отметим главное: героев было много, много больше, чем мы можем себе даже представить.

Гастелло сто раз заслужил свою посмертную славу. Но рядом с ним стоит несколько авиаполков его предшественников и последователей, абсолютных, стопроцентных героев142. Настоящих, истинных – «сверхчеловеков».



Таня

Не так давно в прессе решили помусолить «правду» о Зое Космодемьянской. Мол, поджигала она крестьянские избы, да и ее сдали сами крестьяне. Мол, отец ее – был «враг народа», и дочь пошла на задание только ради его реабилитации. Некоторые журналисты, потирая потные ладошки, дошли чуть не до живописания сексуальных игр роты эсэсовцев с русской девочкой.

Противно все это, но все же – придется рассказать, что было на самом деле.

Действительно, Зоя Космодемьянская был внучкой убитого большевиками священника. Осенью 1941 года она в числе тысяч и тысяч московских комсомольцев добровольно ушла на фронт. После окончания диверсионной школы стала бойцом разведывательно-диверсионной «партизанской части 9903 штаба Западного фронта»143. Было ей 18 лет.

Поджигала ли она крестьянские избы? Да. Только те избы, где не было никаких крестьян, а в которых – останавливались оккупанты. Это было жестоко? Да. Война – вообще жестокое дело, а уж тем более – тотальная война на уничтожение.

Группе, в которую входила Зоя Космодемьянская, дали задание: в течение 5–7 дней сжечь 10 населенных пунктов, в их числе деревню Петрищево Рузского (тогда – Верейского) района Московской области. Группа понесла тяжелые потери. Из 10 вышедших на задание только трое дошли до цели – и подожгли несколько домов в Петрищево. Нацисты успели выскочить, но 20 немецких лошадей погибли.

После этого один из диверсантов-поджигателей решил, что дело сделано, и благополучно вернулся к своим. Другой был схвачен немцами. Зоя, пересидев день в лесу, на следующую ночь вновь пошла в село. Именно этот поступок отважной партизанки лежит в основе позднейшей «мифоразоблачительной» версии, будто бы «она самовольно, без разрешения командира направилась в деревню Петрищево». Пошла она в лютый мороз – не «самовольно», а для того, чтобы до конца выполнить данный ее группе приказ – «сжечь населенный пункт Петрищево»144.

Посмотрите: девчонка осталась зимой в лесу – одна. Никто не осудил бы ее, попытайся она вернуться к своим. Но как только стемнело, она вновь пошла в деревню. Потому что этого требовало ее чувство долга. Немцы были настороже. Зоя направилась к дому, где «на квартире стояли 4 офицера и переводчик». Когда партизанка стала поджигать дом, ее заметил местный полицай и побежал за немцами. Зою схватили. Полицаю благодарные оккупанты подарили бутылку водки. Сребреники немцы экономили. Позднее, в 1990-х гг., была сконструирована сенсационная версия о том, что в Петрищеве-де вообще не было немцев, а партизанку схватили сами местные жители, дома которых она собиралась поджечь.

И это – несмотря на то, что в Петрищеве до самого недавнего времени жили очевидцы тех драматических событий. «Теперь пишут, – говорила в беседе с корреспонденткой „Комсомольской правды“ Н. Н. Седова (в 1941 году ей было 9 лет), – что и немцев-то в Петрищеве не было. Но ведь можно людей спросить. Немцы нас из домов прикладами выгоняли. В каждой избе было их набито. Мама и четверо детей – мы ютились в кухне на соломе»145.

На допросе она назвалась Таней. Больше не сказала ничего. Раздев догола, ее несколько часов пороли солдатскими ремнями с пряжками. Затем на протяжении четырех часов водили босой, в одном белье, по улице: по снегу, на морозе. Наутро Космодемьянскую вывели на улицу, где была сооружена виселица; на грудь ей повесили табличку с надписью «Поджигатель». Саму казнь одна из свидетельниц описывает следующим образом:


«До самой виселицы вели ее под руки. Шла ровно, с поднятой головой, молча, гордо. Подвели к виселице, скомандовали расширить круг вокруг виселицы и стали ее фотографировать… Подошел немец и стал надевать петлю. Она крикнула: „Сколько нас ни вешайте, всех не перевешаете, нас 170 миллионов. Но за меня вам наши товарищи отомстят“. Она хотела еще что-то сказать, но в этот момент ящик убрали из-под ног, и она повисла»146.
Тело Космодемьянской провисело около месяца, неоднократно подвергаясь надругательствам со стороны проходивших через деревню немецких солдат. Под Новый 1942 год пьяные немцы сорвали с повешенной остатки одежды и в очередной раз надругались над оледеневшим трупом, исколов его ножами и отрезав грудь147.

27 января 1942 года в газете «Правда» был опубликован очерк Петра Лидова «Таня». Вечером того же дня его передали по Всесоюзному радио. Диктор, с трудом сдерживая слезы, рассказала потрясенной стране о юной девушке, во время выполнения боевого задания попавшей в руки немцев, вынесшей нечеловеческие пытки, но не предавшей своих товарищей. Казненной, но несломленной.

Специально созданная комиссия установила подлинное имя героини. Ею оказалась 18-летняя московская школьница Зоя Космодемьянская. 16 февраля 1942 года ей посмертно было присвоено звание Героя.

С тех пор имя Зои Космодемьянской стало частью официального советского мифа о войне. Официальный миф сопровождало множество неофициальных самого разного рода. Говорили, например, что Сталин, узнав о подвиге Зои, приказал не брать в плен солдат и офицеров 332- го пехотного полка вермахта. Если это и не так… то жаль, идея неплохая.


«С тех пор имя Зои Космодемьянской на десятилетия стало символом героизма, мужества, патриотизма советской молодежи. Однако в начале 1990-х гг. в печати появились материалы, ставившие под сомнение подвиг юной героини и бросавшие тень на ее личность. В них утверждалось: Зоя Космодемьянская, подозреваемая в заболевании шизофренией, пошла в деревню Петрищево, где не было немцев, самовольно, без приказа командира отряда; диверсантка пыталась сжечь дома местных жителей, но те ее схватили и выдали немцам. Еще один вариант – Зою выдал фашистам ее товарищ по оружию Василий Клубков. Есть версия, что под псевдонимом „Таня“ на самом деле скрывалась не Зоя Космодемьянская, а другая девушка. В этих публикациях отразились некоторые факты биографии Зои Космодемьянской, замалчивавшиеся в советское время, но отразились, как в кривом зеркале, – в чудовищно искаженном виде»148.
Сталинская машина действовала предельно жестоко. Члена группы, который сумел вернуться, нашли, обвинили в предательстве и расстреляли.

Но давайте повторим главный вопрос: что же нам следует осудить? Какую часть нашей истории откинуть? Отметим, и тоже не в первый раз: не одна Зоя Космодемьянская приняла мученическую смерть и вела себя подобно величайшим из христианских героев-мучеников. Сразу после публикации очерка «Таня» в «Правде» «Таню» опознали несколько женщин как своих дочерей.



Личность Зои установила специальная комиссия МГК ВЛКСМ в феврале 1942 года, труп ее опознали мама, брат, ближайшая подруга. Но стоило копнуть глубже – и нашлись буквально десятки новых имен!

Назовем лишь одно из них: Веры Волошиной, члена такой же точно группы. Она попала в плен в те же самые дни, в конце ноября 1941 года. Тяжело раненную партизанку немцы привезли в деревню Головково. Начался допрос: где партизаны, сколько их, каковы их планы? Вера молчала. Ее зверски пытали, истязали, но так ничего и не добились. Истерзанную девушку бросили в машину и повезли на казнь. Когда солдаты опустили борта машины, жители увидели лежавшую в кузове в одном белье Веру. Палачи хотели поднять ее, чтобы набросить на шею петлю, но она оттолкнула их и, цепляясь рукой за кабину грузовика, медленно встала. В наступившей тишине раздался звонкий голос: «Вы пришли в нашу страну и найдете здесь свою смерть. Москву вам не взять…» Когда машина медленно тронулась с места, Вера последний раз громко крикнула: «Прощай, Родина! Смерть фашизму!»149



Массовый детский героизм

Официальная пропаганда создала для участников войны – подростков в возрасте от 11 до 15 лет такой «штамп» – «пионер-герой». Звучит невероятно. Потомкам сегодня непросто в это поверить – но немцы столкнулись в России с массовым детским и подростковым героизмом.

Четверо ребят были удостоены звания Героя Советского Союза: Леня Голиков, Марат Казей, Валя Котик, Зина Портнова. Число представленных к более скромным наградам исчисляется тысячами150.

Вот вроде совсем недавно мы учились в школе, когда учительница рассказывала про их подвиги. И казалось, на этот раз все-таки вырвется из окружения разведчик Марат Казей и не надо будет ему взрывать себя вместе с немцами гранатой…

Не подорвется на вражеской мине у керченских каменоломен, где скрывался его партизанский отряд, Володя Дубинин… Ведь наши Керчь уже освободили! Как же так?

Не будет смертельно ранен в 1944 году Валя Котик – с его-то боевым опытом как-нибудь убережется… Он же еще с 1941-го в партизанах.

Не будет растерзана немцами подпольщица Зина Портнова…

Но надежды не сбывались и, как Чапаев в кино, они все погибали. У этих совсем не сказок всегда был несчастливый конец. Но была хотя бы благодарная память потомков, всеобщее уважение и поклонение. Помнят ли современные школьники хотя бы одно «каноническое» имя своих сверстников – героев Войны? Хотя бы имя Голикова? Это риторический вопрос. Ответ вы сами прекрасно знаете…

Леонид Александрович Голиков (1926–1943) по малолетству вошел в историю как «Леня Голиков». Он погиб в неравном бою в возрасте 16 лет, отчества ему как-то и не полагалось. Но до своей героической гибели бригадный разведчик 67-го отряда 4-й ленинградской партизанской бригады Л. А. Голиков участвовал в 27 боевых операциях, уничтожил 78 немцев, два железнодорожных и 12 шоссейных мостов, два продовольственно-фуражных склада и 10 автомашин с боеприпасами. Он сопровождал обоз с продовольствием (250 подвод) в блокадный Ленинград. Это просто невозможно нам сегодня представить.

Ведь кто он такой – по сегодняшним представлениям социологов из Гэллапа? Прыщавый подросток, целевая аудитория Дома-2. То есть какое-то бессмысленное существо, озабоченное только пивом, тряпками и пока отсутствующим сексом. А Леня Голиков за доблесть и отвагу был награжден орденом Ленина, орденом Боевого Красного Знамени и медалью «За отвагу».

13 августа 1942 года, возвращаясь из разведки от шоссе Луга – Псков, он гранатой подорвал легковую машину, в которой находился немецкий генерал-майор Рихард фон Виртц. В перестрелке Леня застрелил из автомата генерала, сопровождавшего его офицера и шофера. В штаб бригады разведчик доставил портфель с документами. В их числе были чертежи и описание новых образцов немецких мин, инспекционные донесения вышестоящему командованию и другие важные бумаги военного характера. За этот подвиг Леня Голиков был представлен к званию Героя Советского Союза151.

В советское время Леня Голиков был почти канонизирован. Официоз можно и отбросить. Но как можно нам сегодня не чтить память 16-летнего героя? И других героев, для которых солнце погасло, когда им было 12–14 лет?

Не 28, а «целая рота»

«Разоблачили» даже героев-панфиловцев.

Согласно официальной версии, 16 ноября 1941 года бойцы 4-й роты 2-го батальона 1075-го стрелкового полка 316-й стрелковой дивизии152 во главе с политруком В. Г. Клочковым у разъезда Дубосеково около Волоколамска 4 часа сдерживали натиск многократно превосходящих сил немцев, наступавших на Москву, уничтожив 18 вражеских танков. Все 28 героев погибли.

Начиная с 1966 года всё «уточняют», сколько именно было панфиловцев и насколько официальная версия правдива. В конце концов военная прокуратура пришла к выводу, что именно этот бой 16 ноября – плод вымысла газеты «Красная Звезда».

Много лет после войны находили живых и здоровых бойцов 4-й роты. Доходило до трагедий: когда в 1947 году демобилизовавшийся герой приходит домой, а оказывается, он 6 лет как «погиб». Жена живет с другим. Что же было в действительности?

Из рассказа командира 1075-го стрелкового полка И. В. Капрова:


«…Никакого боя 28 панфиловцев153 с немецкими танками у разъезда Дубосеково 16 ноября 1941 года не было – это сплошной вымысел. В этот день у разъезда Дубосеково в составе 2-го батальона с немецкими танками дралась вся 4-я рота, и действительно дралась геройски. Из роты погибло свыше 100 человек, а не 28, как об этом писали в газетах»154.
Вот так. Того, что расписали в газете, не было, но другой бой, еще более жестокий, и «панфиловцев», погибших у Дубосеково – больше 100. Заметьте, что в роте того времени – вряд ли больше 120–130 человек. Из них в этом одном (!) кровавом бою 16 ноября погибло больше 100… Страшно? Кстати, спартанцев, вставших против полчищ Ксеркса, тоже было отнюдь не 300 – читайте «Мифы о России».

Это – очень типично для почти всех историй с «разоблачениями» героев Великий Отечественной. «Разоблачители» легко находят несуразности в официальной трактовке подвига. Это нетрудно. Но тут же выясняется – настоящие герои намного круче – я сознательно использую это современное словечко, чтобы быть понятым каждому пацану, – намного круче придуманных.

Реальная десятиклассница Зоя Космодемьянская мало похожа на официальную сталинско-комсомольскую икону. Но она – абсолютная героиня, и ничего тут не поделаешь. Да еще, оказывается, таких, как она, были десятки, если не сотни…

Так и судьба реальных панфиловцев еще трагичнее и ярче того, что о них сочинили. Хотя бы уже тем, что они, неся смерть врагу, оказались умелы, по-военному профессиональны, и понеся страшные потери, все же погибли – не все.

Или вот еще один эпизод – с московскими курсантами в «Утомленных солнцем 2». Он основан на рассказе замечательного писателя Константина Воробьева155 – кремлевского курсанта и участника тех боев. Никита Михалков решал свои художественные задачи – и отступил от буквальной исторической правды.

Действительно, юную «элиту Красной Армии, рост от 185 см», полк кремлевских курсантов – бросили в бой под Москвой. Меньше чем за сутки они совершили 85-километровый марш к Волоколамску из летних лагерей в Солнечногорске. В десяти курсантских ротах было почти полторы тысячи бойцов и больше ста офицеров – кстати, с боевым опытом Финляндии и Халхин-Гола. Оборона курсантского полка растянулась на 30 километров. Эти отважные юноши ценой чудовищных потерь – удержали свой участок фронта. Они даже контратаковали! Еще в самом начале боев – а он продолжался не двадцать минут, как в кино, а почти два месяца – была ночная атака во фланг прорвавшимся немцам. Редчайший случай: находясь в окопной обороне, эти 18–19-летние мальчишки сумели в неожиданной штыковой контратаке взять 500 пленных!

Под Москвой погиб каждый второй из славной когорты – 811 человек. Но задача командования была выполнена. 400 оставшихся в живых курсантов после этих боев досрочно получили погоны и отправились в армию – командовать взводами и ротами. А 158 с самых младших курсов вернулись заканчивать учебу.

И еще немного – о странностях, которые происходят иногда с художественным вымыслом.

Напомню ключевой момент сцены с кремлевскими курсантами в фильме «УС-2» – атака их позиции немецкими танками с тыла.

Когда-то давно мне попали в руки воспоминания старого профессора МГИМО, прошедшего всю войну. Рассказывал ветеран, как он только-только взял в руки винтовку, в ополчении, и их поставили в окопы у Москвы… И тут идут танки. Идут с тыла – и ополченцы ликуют, думают, что это наши танки, подмога… А когда танки подходят на несколько десятков метров, вдруг понимают: это немцы.

С тыла. От Москвы. И это – ощущение абсолютного ужаса.

Ветеран вспоминал: конечно, командиры не растерялись, танки мы пропустили, даже кого-то подбили, но с той поры ничего страшнее в моей жизни никогда не было. Много лет в кошмарных снах профессор видел, как из тумана, со спины ползут на него немецкие танки.

Михалков про эти воспоминания ничего, разумеется, не знал, но вот как удивительно (и не в первый раз) оборачивается правдой жизни художественный вымысел.

Матросов

Александр Матросов. По официальной версии, первым закрыл своим телом амбразуру вражеского дзота. Правда, разнятся сведения – где и когда точно.

На самом деле, как и Гастелло, Матросов, конечно, не был первым.

В 1941-м подвиг «повторили» пять бойцов Красной Армии, в 1942-м – 31, а в 1943-м (до Матросова) восемь. Таким образом, у Матросова было как минимум 44 предшественника. Чем именно Матросов так очаровал пропагандистов того времени, не знаю, разве что фамилия боевая… Но что никто из 44 не стал широко известен – это факт. А вообще, за все время войны, бросок Матросова на амбразуру совершили, по разным данным, от 200 до 400 солдат и офицеров Красной Армии.

Теперь о самом Матросове.

Почему-то многим кажется, что если советская пропаганда что-то перепутала или приукрасила, так уже и самого подвига не существует.

Вот сообщается, что «Александр Матросов родился вовсе не в городе Екатеринославе (ныне Днепропетровск), а в Башкирии, в деревне Кунакбаево, и настоящее его имя – Шакирьян Мухаметьянов156. Отец его вовсе не погиб от пуль кулаков, а мать не умерла с горя, как это утверждалось в официальной биографии, выпущенной миллионными тиражами. Мать Шакирьяна умерла в 1932-м, а отец сильно пил и не работал, поэтому мальчика отвезли в детский дом»157.

Так это или не так, спорить не буду. Во-первых, потому, что биография каждого героя всегда известна в нескольких версиях. Во-вторых, потому, что это не имеет никакого значения. Разве что-то меняется от того, что подвиг совершил башкир, узбек, грузин или еврей? На мой взгляд, совершенно ничего не меняется. А от того, что его отец не был убит врагами советской власти, а просто сгинул от пьянства? И от этого совершенно ничего не меняется.

Самое главное – подвиг был. А остальное, уж простите, ни для чего не важные детали.

«Свой подвиг Александр совершил не 23, а 27 февраля. Число „23“ было придумано политуправлением РККА из идеологических соображении – День Красной Армии. Обстоятельства гибели Шакирьяна М. тоже отличаются от вымышленных»158. Более чем вероятно. Ну и что? Подвиг сам был или нет? Читаем «борцов за историческую правду» дальше: «О боевых товарищах Александра, сделавших не меньше него, но оставшихся в живых вследствие большего военного опыта, не было сказано ни слова»159.

Так были и боевые товарищи? Как у Гастелло?! Так, развенчивая миф, коллектив под руководством А. Зубова вынужденно признает: массовый героизм вовсе не выдуман сталинской пропагандой. Сталинские идеологические «соколы» выдергивали отдельные примеры, приукрашивали их, добавляли идеологически правильных подробностей (вроде отца, убитого кулаками).

Поразительно, но даже самые «неприятные», самые постыдные моменты той войны все равно перекрываются личным бесстрашием, готовностью к самопожертвованию тысяч и тысяч навеки, увы, забытых простых людей, простых героев.

1941-й. Советское руководство бежит из Севастополя – это с явным удовольствием описывает тот же самый коллектив авторов:


«В ночь на 1 июля 1942 г. из Севастополя бежала группа представителей командования Севастопольского оборонительного района во главе с командующим Черноморским флотом и СОР вице-адмиралом Ф. С Октябрьским. На Херсонесском аэродроме изможденные защитники города, ожидавшие эвакуации по ранению, подняли шум, раздавались возмущенные крики и несколько автоматных очередей. От командования отделился военный комиссар 3-й особой авиагруппы главной базы полковой комиссар Борис Евгеньевич Михайлов. Он заявил, что остается с защитниками города…»160
Михайлов лично водил в контратаки бойцов и был убит возле того самого аэродрома 3 июля при разрыве немецкого снаряда. «Добровольно остался в городе и начальник Севастопольского горотдела милиции Н. Н. Исаев, погибший в бою 2 июля»161.

Так, оказывается, не все комиссары и энкаведешники драпали?

Боже, о чем вы! В одной только книге «Золотые звезды политработников» приведено больше 40 биографий политработников авиации, удостоенных Золотой Звезды Героя Советского Союза.

Например, вот такие:


Гвардии капитан П. П. Кожанов, комиссар эскадрильи, погиб в воздушном бою 22 апреля 1943 года. К тому времени он совершил более 500 боевых вылетов, сбил 9 самолетов лично и 4 – в группе с товарищами. Награжден орденами Ленина и Красного Знамени. «Бесстрашный истребитель. Любимец всех летчиков. Где бой достигает наивысшего напряжения, там всегда впереди комиссар. Он своим примером вливает новые силы в воздушных бойцов…»162

Герой Советского Союза Анатолий Петрович Чулков (1908–1942) – комиссар, заместитель командира эскадрильи по политической части 751-го авиационного полка дальнего действия 17-й авиационной дивизии дальнего действия, майор. Им произведено 114 боевых самолето-вылетов, из них ночью – 111, и все с отличным выполнением боевого задания163.


И оказавшись в окружении, в самой безнадежной ситуации, не все торопились сдаваться, как тот же вытащенный либеральными историками с пыльного чердака генерал Власов.

Весной 1942 года немцы нашли труп командующего 33-й армией Михаила Ефремова. Попавшая в окружение армия не смогла выйти к своим, 13 апреля 1942 всякая связь с ее штабом теряется. Отдельные части разбитой, истекающей кровью армии разрозненными группами пробиваются на восток.

19 апреля 1942 года командарм М. Г. Ефремов получил три ранения, и, не желая попасть в плен, застрелился.


Ефремов Михаил Григорьевич (1897–1942)

Генерал, Герой России

Генерал Ефремов – антипод генерала Власова. В его жизни были славные моменты: и участие в Брусиловском прорыве в Первую мировую, и другой прорыв – на четырех бронепоездах в Баку, за что он получил золотую саблю – в Гражданскую. Был буквально суворовский переход через хребты Кавказа – тоже на Гражданской. И был еще один прорыв. Его 33-ю армию, участвовавшую в битве за Москву, усталую и обескровленную, бросили в январе 42-го развивать наше контрнаступление. Армия попала в окружение. Отбивалась сначала в жестокий мороз, а потом – в вязкую весеннюю распутицу, при жесточайшей нехватке всего: людей, боеприпасов, одежды, продовольствия. Сражалась вплоть до середины апреля. Два с половиной месяца. Когда положение стало совсем безнадежным, командование прислало за Ефремовым самолет – спасти, вывезти штаб на Большую землю. Он отправил с ним боевые знамена, а сам остался со своими бойцами. 19 апреля, получив тяжелые ранения и не желая сдаваться в плен, он застрелил жену, служившую санинструктором, и застрелился сам. Вместе с ним погиб почти весь штаб его армии, тоже, как и командир, отказавшийся бросить солдат и спастись самим. Из воспоминании немецкого офицера: «Русские несли тело своего генерала на самодельных носилках несколько км. Я приказал похоронить его на площади… Я сказал, что доблестная армия фюрера с уважением относится к такому мужеству. По моему приказу на могилу установили табличку с русским и немецким текстом». Ефремов держался дольше, чем армия Паулюса в Сталинградском котле. И не сдался.

Своим поступком Ефремов спас честь своих солдат, сделал всю окруженную, но не сдавшуюся 33-ю армию – героической. Вышедшие из окружения бойцы не попали под разбор «органов», напротив – все были награждены: офицеры – орденами Красного Знамени, рядовые бойцы – орденами Красной Звезды или медалями. После войны прах генерала перенесли из села Слободка в Вязьму, где ему и его армии поставлен монументальный памятник работы Е. Вучетича (1946). В 1996-м Ефремову присвоено звание Героя России
Немцы похоронили тело Ефремова с воинскими почестями и салютом. Один из немецких генералов обратился к построенным немецким солдатам: «Сражайтесь за Германию так, как сражался Ефремов за Россию».

В СССР подвиг Ефремова оставался почти неизвестным. Только 31 декабря 1996 года Указом Президента Российской Федерации «за мужество и героизм, проявленные в борьбе с немецко-фашистскими захватчиками в Великой Отечественной войне 1941–1945 годов» генерал-лейтенанту Ефремову Михаилу Григорьевичу посмертно присвоено звание Героя Российской Федерации.

Эта тема – бесконечна и неисчерпаема.

Число наших героев действительно измеряется десятками тысяч, а может – сотнями. И даже – миллионами. Но как мы этот героизм воспринимаем, как он живет в нашем коллективном сознании сегодня?

Трагедия 33-й армии давно обсуждалась в нашей публицистике. Вспомним пронзительное стихотворение Александра Твардовского «Я убит подо Ржевом».


Генерал Ефремов с семьей.
Фронт горел, не стихая,

Как на теле рубец.

Я убит, и не знаю,

Наш ли Ржев наконец?


Документальный фильм «Ржев. Неизвестная битва Жукова» (НТВ, 2009) вызвал необычайно острую реакцию в обществе. Фильм, конечно, небесталанный, но какой-то… странный. Странное ощущение, будто главная его идея: доказать, что маршал Жуков – крайне жестокий человек и неумелый полководец.

Добрые 70 % киновремени посвящены трагедии 33-й армии. Утверждается, в частности, что Жуков не давал разрешения генералу Ефремову пойти на прорыв и воссоединиться с основными частями, чем и погубил его армию.

Полное впечатление, что сценарий писал Резун-Суворов.
«Вдогонку противнику, который никуда не бежал, Жуков смело двинул 33-ю армию генерал-лейтенанта Ефремова и 1-й гвардейский кавалерийский корпус, не обеспечив их тылов и флангов. 33-я армия и 1-й гвардеиский кавалерийский корпус тоже попали в окружение и несколько месяцев героически сражалась в тылу противника без эвакуации раненых, без подвоза горючего, боеприпасов и продовольствия. 33-я армия и ее командующий генерал-лейтенант Ефремов погибли под Вязьмой»164.
Так было или не совсем так? Судить не берусь – пусть спорят военные историки. Скажу одно – с точки зрения национального духа (или «моднее» – национального пиара) фильм плохой. Ибо будит ощущение безнадежности, люди гибнут ни за что, бесцельно…

Нет! Если народ собирается и дальше существовать, о таких трагедиях надо писать и снимать совершенно иначе. Мне доводилось рассказывать в «Мифах о России» о случае, когда во время Крымской войны 1833–56 годов дурак командир бросил британскую конницу в атаку на русские части по крутому склону. Лев Толстой сам видел эту бессмысленную атаку и писал, что русские чуть не плакали, стреляя в британских кавалеристов, которые все медленнее скакали на верную смерть.

И что же? В Британии эта атака воспринималась абсолютно позитивно: как символ доблести британского военного, который в любых условиях безупречно выполняет приказ. Даже самый идиотский, в том числе и ценой собственной жизни. Лондонский бар, который так и называется: «Атака красной конницы», увешан красивыми картинами, в самом героическом духе изображающими это бестолковое мероприятие. И что? Даже не самую лучшую страничку своей военной истории англичане умудрились превратить в нравоучительную и духоподъемную.

А мы оплевываем абсолютных, стопроцентных героев, которых даже наши враги брали за образцы для своих солдат.

Надо не рассуждать о том, какой жестокий не жестокий (об этом, кстати, еще поговорим позже) был известный всем Жуков, а рассказывать, каким отважным человеком был забытый к нашему стыду Ефремов, перед которым даже фашисты – склоняли головы.


1   ...   6   7   8   9   10   11   12   13   ...   28


Verilənlər bazası müəlliflik hüququ ilə müdafiə olunur ©azrefs.org 2016
rəhbərliyinə müraciət

    Ana səhifə