2. Суд всегда из некоторого числа честных особ сочинен бывает, которым от высокого началства власть и мощь во управлении правосудия дана




Yüklə 264.03 Kb.
tarix16.04.2016
ölçüsü264.03 Kb.
Источник:

http://nwapa.spb.ru/htmldb/0351/chapter_8.html

КРАТКОЕ ИЗОБРАЖЕНИЕ ПРОЦЕСОВ ИЛИ СУДЕБНЫХ ТЯЖЕБ

Глава первая

О суде и судиах

1. И понеже первее надлежит краткое изображение судебных тяжеб здесь представить, и что при том внимания достойнаго есть: того ради запотребно разсуждаем, прежде о суде и процесах (тяжбах) упомянуть, и какие при том находятца обстоятелства.

2. Суд всегда из некоторого числа честных особ сочинен бывает, которым от высокого началства власть и мощь во управлении правосудия дана. Оным тягающияся особы свои тяжебные дела порядочно доносить, и по правам на оные решения от них получить могут.

3. По нашему намерению, правосудие удобнейше последующим образом учреждено быть может.

(1) В гражданской суд, который во время миру и войны в каждом государстве твердо определен есть, и разные ссоры и брани междо подданными разных чинов происходящие, оной же власти судейской подвержены суть.

(2) В воинской суд, в котором только ссоры междо офицеры, салдаты и протчими особами войску надлежащими происходящие разыскиваются и по изобретении дел решатся, и о сем последнем есть наше намерение здесь пространнее объявить.

4. Воинской суд, или кригсрехт, равным же образом розделяется в генералной кригсрехт и в полковой кригсрехт. В генералном кригсрехте последующие причины судимы суть:

(1) Вина оскорбления величества или государственные дела;

(2) Погрешения от целаго или половины полка, от баталиона, шква-дрона или роты происходящыя;

(3) Когда на знатных и высоких офицеров жалобы, чести и живота касающыяся, приносятся;

(4) Также, ежели кто фелтьмаршала или другаго кого из высоких офицеров лишит чести или живота. А к полковому кригсрехту надлежат притчины, которые между ундер офицерами и рядовыми происходят или когда в чем преступление от оных учинится и протчие в сей жизни междо офицеры и рядовыми случающияся притчины.



5. Власть судейская помянутых кригсрехтов не разпространяется далее, яко над офицеры, салдаты и протчими к войску надлежащими людми, междо которыми офицерские служители, харчевники и протчие, кроме жен и младенцев разумеются.

6. Впротчем обыкновение бывало, что в кригсрехтах всегда определялось 13 особам сидеть. А имянно в генералном кригсрехте сидел фелть-маршал или наместник его, или который знатный генерал, президентом. А в полковом кригсрехте полковник или полуполковник. Но понеже разные воинские нужды не допущают всегда полное число офицеров иметь или оных при судебных делах удерживать, ибо почасту случаются такие дела, которых вскоре окончать невозможно. Того ради ныне во многих местах позволено в кригсрехтах токто 7 особам сидеть. А имянно в генералном кригсрехте, ежели владеющий государь при войске есть присутствен президует фелтьмаршал. А ежели фелтьмаршал толко един при войске обретается, и оным тогда командует, 1 генерал. И имеет при себе ас-сессоров: 2 генералов-порутчиков; 2 генералов-маеоров; 2 брегадиров или полковников.

А ежели при войске или во оном месте, где имеет быть кригсрехт, толикого числа генералов в присутствии нет, тогда мочно вместо оных взять полковников, полуполковников и маеоров и наполнить потребное число, чтоб с президентом было седмь особ.

В полковом кригсрехте президует полковник или полуполковник и имеет при себе ассессоров: 2 капитанов; 2 порутчиков; 2 прапорщиков.

7. Хотя обще всем судьям знать надлежит права и разуметь правду, ибо неразумеющий правду не может раэсудить ея, однако ж при криге-рехтах иные находятся обстоятельства, понеже во оных обретаются токмо офицеры, от которых особливаго искусства в правах требовать не мочно, ибо они время свое обучением воинского искусства, а не юритическаго провождают, и того ради держатся при войсках генералы, обор и полковые аудиторы, от которых веема требуетца доброе искусство в правах и надлежит оным добрым быть юристам, дабы при кригсрехтах накрепко смот-рили и хранили, чтоб процесы порядочно и надлежащим образом отправлялись. И хотя аудиторы при суде голосу в приговорах не имеют, (чего ради оных при судейском столе и не сажают, но обыкновенно при особливом столе купно с секретарем, или протоколистом, ежели притом кто из сих определитца, сидят,) однакож надлежит оным, и должни они всегда добрым порядком, что за непристойно обрящут, упоминать, или когда кого в кригсрехте в раэсуждении погрешающаго усмотрят, тогда оного к правде основателно приводить.

8. Также надлежит притом аудитору накрепко смотреть, чтоб каждого, без разсмотрения персон, судили, и самому не похлебствовать никому, но сущею правдою в деле поступать и тако быть посредственником междо челобитчиком и ответчиком. А ежели он напротив в неправомерном приговоре похлебствен причинитца, то сверх лишения чина его, надлежит ему еще иное жестокое учинить наказание.

9. Ежели случатся дела, которые воинским судом окончатись имеют, тогда пошлется о том указ от высокого началства ко оному, который избран будет президентом, и притом либо имянно помянетца о числе и имянах ассессорских или предастся на разсуждение президентское, каких он сам похочет себе избрати ассессоров, которым надлежит за день у пароля объявить, чтоб оные на другой день во уреченном часу во определенном месте явились и были б к кригсрехту готовы, который будет держан над тем и тем. И тогда каждый во уреченном часу без умедления явится должен или определенной денежной штраф заплатить принужден будет.

10. И как скоро суд учрежден, и каждый на свое место сядет, тогда президент паки причину объявит, и для чего сие собрание учинено, и они созваны. Потом уговаривает всех обретающихся особ в суде и просит, чтоб при отправлении начинающагося дела напамятовали свою совесть, и что при суде случится хранили б тайно и никому б о том, кто бы он ни был, не объявили.

11. Потом же надлежит челобитчика и ответчика (которые до оного времяни во особливом месте дожидаютца, чрез отъютанта, который к суду для услужения определен) позвать, и оных спросить, не имеет ли кто из них друг на друга чего в суде донесть.

12. А ежели кто из судей им явитца какой ради нибудь притчины подозрителен, то надлежит ему против их ответствовать вкратце. И ежели потребно будет, то должен оный, который дерзнул судью опровергнуть, доношенное на него доказать. И тогда надлежит подозрителному судье купно с челобитчиком отступить. Потом же судии междо собою согласясь, определят ему, либо быть в суде по прежнему, или лишить его чином, и решение прочтется пред ними обеими явно, Буде же найдется учиненное доношение на него ложно, то надлежит челобитчика наказать. А ежели оный за подозрителнаго объявлен будет, тогда иный на его место равного же чину изберется. Однако ж такое опровержение зело осторожно и до-казателно имеет быть,

13. Притчины, которые могут судью в подозрение привесть, суть следующие: (1) Ежели он с челобитчиком или ответчиком обязан свойством или иною какою особливою дружбою. (2) Когда особливую вражду имел или имеет. (3) Ежели судья обязан будет слугою челобитчика. (4) Ежели он равное дело имеет судить, которое такого ж есть обстоятельства. (5) Или будет он в одной компании со ответчиком часто бывает, или со оным на ухо шептающагося видел и протчие притчины, о которых разумный судья сам разсудити может, ибо всех притчин подробно в правах описать не мочно. Буде же никто из них против судей чего объявить не имеет, тогда надлежит аудитору явно судейскую присягу прочесть, которую президент и ассессоры стоячи, подняв палца два правой руки, а левую положа на евангелие, в присудствии челобитчика и ответчика словесно повторяют:

“Мы, к настоящему воинскому суду назначенныя судии, кленемся всемогущим богом, что мы в сем суду в прилучающихся делех, ни для дружбы или склонности, ни подарков или дачей, ниже страха ради, ни для зависти и недружбы, но токмо едино по челобитью и ответу, по его царскаго величества, нашего всемилостивейшаго царя государя, воинским пунктам, правам и уставам приговаривать и осуждать хощем право и не лицемерно, так как нам ответ дать на страшном суде христово, В чем да поможет нам он, нелицемерный судия”.

При сем надлежит примечать, что ежели в суде такие особы обретаются, которые всегда и почасту в кригсрехтах бывают, и уже напредь сего присягали, также и дело неболшой есть важности, то не потребно судьям всегда присягу чинить, но доволно того, что оная от аудитора для напоминания прочтена будет,

14. Когда сие учинено, и президент челобитчика и ответчика уговаривал, чтоб с пристойным воздержанием дела свои вкратце доносили, тогда начнется процес или тяжба.

 

Глава вторая



О процесс или тяжбе

1. Процес есть дело судимое, чрез который случающыяся тяжебные дела основательным представлением и из обстоятелства дел обретенных доказов явны сочиняются, и потом от судей, по изобретению оных притчин, решение чинится.

2. Процес (а особливо в розыскных делах, которых болшая часть в кригсрехте случается) есть сугубый. (1) Когда челобитчик, который на ответчика учиненнаго ради преступления пред судом жалобу приносит, и со оным только процес имеет. (2) Когда судья ради своего чину по должности судебной вопрос и розыск чинит: где, каким образом, как и от кого такое учинено преступление. Токмо при обеих процесах порядок один есть, как в речах, во ответе, доказах и протчем. Но при кригсрехтах более смотрят на самое дело, нежели на краснословие и лепоту процесов.

3. Процес разделяется на три части:

1 начинается от повещания и продолжается до ответчикова ответу.

2 часть продолжается до сентенцыи, или приговору.

3 — от приговору, даже до совершеннаго окончания процесу.

 

ПЕРВАЯ ЧАСТЬ ПРОЦЕСУ

Глава первая

О повещании

1. Начало суда и основание судебнаго процеса есть повещание, когда по всем правам натуралным каждому причина ознаменуется, и к обороне своей и оправданию допущен бывает, в чем никому запретить не мочно, ниже не объявя причины, наказание учинить, ибо надлежит челобитчику и ответчику определить термин, когда оным в суд явитца и потом со оными далее в дело вступить.

2. Повещание бывает от судьи по челобитью другаго, либо писмянное или изустное. И какое оное ни будет, однако ж надлежит ответчику о том объявить: и (1) кто есть челобитчик;

Краткое изображение процесов

(2) в каком деле и каких ради причин он требуетца;

(3) место где;

(4) время, день и час ознаменить, когда ему надлежит явитца.

Глава вторая



О салфе кондукте или о свободном отпуске

1. Салф кондукт есть явная грамота, которая от вышняго началства земли преступления ради ушедшему (когда оного поймать не мочно) дается. В той же грамоте определяется ему несколко времяни, в которое он принужден быть в суде, и оправдание в деле своем проносить, буде он себя почает невинна, и мнит себе вывести из невинности. А между тем времянем может он в суде явитца и от суда отлучится свободно, и всякую при том иметь волность.

2. Ежели беглый преступитель такой грамоты пожелает, то оную никакой высокой суд, ниже губернатор не имеет власти ему прежде дать, пока не получит от вышняго началства той земли соизволения.

3. Однако ж находится такое обыкновение, что фелтьмаршалы или генералы, (когда одни особливо отправленное войско, яко главнейшие командуют,) такие безопасные грамоты без полученного соизволения от государей своих дают токмо сих ради причин, чтоб беглый для долгаго замедления к неприятелю не ушел, от чего эльи следования почасту происходят.

4. Между тем таковые безопасные грамоты даются тогда, когда преступитель в таком месте обретается, откуда может всегда свободно уйтить.

5. В таковой грамоте надлежит всеконечно упомянуть, какой ради причины беглому дана оная грамота, и обещанную безопасность не нару-шимо содержать так, что ежели кто над беглым действительно что учинит, оный может живота своего лишен быть,

6. Напротив же надлежит беглому равным образом содержать себя, однако ж хотя он между тем времянем какое другое преступление учинит, на которое ему грамоты безопасной не дано, и тогда не может он ради онаго действия в темницу посажен быть. Также беглому с заряженым ружьем или проселошными дорогами ехать не мочно, толко знатным офицерам позволяется прибочное ружье или не заряженыя пистоли при седле иметь.



Глава третия

О челобитчике

1. Челобитчик есть оный, который другаго некоторой ради причины в суд позывает и от судьи правомерного приговору и вспоможения в правом своем деле требует.

2. Кто на кого бить челом хочет, тому надлежит противника своего во оный суд требовать, где он судим есть, ибо ежели он его в такой суд позовет, который ему никакого не может учинить принуждения, тогда позыв его без жаднаго есть действа.

3. Ежели челобитчик и ответчик явятся в суд и судьею оба довольны, тогда надлежит челобитчику в присудствии ответчика жалобу свою кратко и явно приносить, и от чего жалоба приходит, объявить, потом о справедливом просить решении.

Глава четвертая

О ответчике

1. Ответчик есть оный, который какой ради нибудь причины отдругаго в суд позван будет, и на него правомерное вспоможение от судьи решение требуется.

2. Сему надлежит, когда он суде жалобу челобитчикову услышит, того ж часу явственно ответствовать; при сем примечания достойно есть, что ежели дело пространно есть, и вышепомянутые оба пожелают жалобы и ответ писмянно подавать, в которых кроме сущаго их дела ничего иного содержано не будет, то оным позволяется и в кригсрехтах. Также позволено челобитчику писменно жалобу приносить, и ответчику во определенной ему краткой термин на оную ответствовать. Потом челобитчик паки может во определенное ж время противный учинить ответ, а ответчик равным же образом ответствовать, А более сего обеим им не позволяется.

Глава пятая



О адвокатах и полномочных

1. Хотя в средине процесу челобитчик или ответчик занеможет или протчие важные причины к тому прилучатся так, что им самим своею особою в кригсрехте явитца невозможно, то позволяетца оным для выводу своего дела употреблять адвокатов и оных вместо себя в суд посылать. И правда, надлежало б в кригсрехтах все дела как наикратчайше, отложа всякую пространность, представлять. Однако ж, когда адвокаты у сих дел употребляются, оные своими непотребными пространными приводами судью более утруждают, и оное дело толь паче к вящшему пространству, нежели к скорому приводят окончанию. Токмо при розыскных делах, которые случаются в кригсрехте, оных вместо себя адвокатов употреблять не позволяют, но принужден ответчик сам своею особою ответствовать.

Глава шестая

О ответе

1. Чрез принесенное челобитье челобитчика и ответствование ответчика утверждается поданный ответ.

2. Ответ на три образа утверждается. (1) Когда ответчик в жалобе веема повинитца или (2) во оной веема запретца, или (3) оную признавает, токмо притом такие обстоятелства представляет, по которым дело против челобитчикова доношения не сходно. А ежели он признает дело равно, как на него есть принесена жалоба, то против оного приговор учинен бывает, Буде же он предложит иные обстоятелства, тогда надлежит розыс-кивать доказанием, о чем во 2 части пространнее помянуто.

3. Когда таким образом учиненный ответ утвержден, тогда жалоба и ответ в твердом же поставляется состоянии, и не может никто из них более пункты или новые какие приводы предложить. А хотя б оные и сие учинили, то однако ж надлежит судье, (ежели он не похощет своего процесу и приговору опорочить) оного не принимать, но жалобу токмо и ответ, приняв, розыскать, и на оное учинить приговор.

 

ВТОРАЯ ЧАСТЬ ПРОЦЕСУ

Глава первая



О доказании

1. Вторая часть судебного процесу начинается от доказов, чрез которые челобитчик и ответчик доношения своя так уверяют, что правда из оных познавается.

2. Паче всего надлежит челобитчику жалобы свои исправно доказать, ибо ежели челобитчик оного, о чем он жалобу приносит, доказать не может, то может потом ответчик от суда освобожден быть. Буде ж оное дело тяжкого есть обвинения, и челобитчик оное доказать не мог, тогда надлежит ево против уложения наказать.

3. Напротив же, должен ответчик невинность свою основательным доказанием, когда потребно будет, оправдать, и учиненное на него доно-шение правдою опровергнуть.

4. Ежели челобитчик оного доказу на свое челобитье не имеет, и того ради похощет правду свою утвердить присягою, то сие принято быть не может, понеже в таком случае ответчиково отрицание такого ж, как и челобитчиково признание, А буде они принуждены будут оба присягать, и тогда более на стороне ответчиковой, нежели челобитчиковой правда быть имеет.

5. И буде же челобитчик имеет некоторые доказы на ответчика, яко, например, свидетеля или видимое какое основание, тогда челобитчиково признание лутчее, нежели ответчиково отрицание, и тогда надлежит ответчику доказами своими от того освободитися; буде сего учинить невозможно, о том, что ему за то учинить надлежит, во главе о присяге и пристрастного роспросу, и о пытке помянутой, пространнее объявлено будет. 6. Впротчем на четыре образа бывают доказы.

1) Чрез своеволное признание;

2) Чрез свидетелей;

3) Чрез писмянные доводы;

4) Чрез присягу.

Г лава вторая

О признании

1. Когда кто признает, чем он винен есть, тогда далняго доказу не

требует, понеже собственное признание есть лутчее свидетелство всего

света.


2. Но оное признание такое быть имеет:

(1) чтоб признаное в действие всеконечно было;



(2) чтоб оное признание волное было;

(3)ив суде пред судьею учинено, ибо вне суда учиненное признание

не имеет за дейстЕйтелно признано быть; (4) чтоб притом доказать такие обстоятелства, которые б могли быть

достоверны, и о правде б не сумневатца. 3. И ежели обстоятелство таким образом изобретено будет, тогда судья

не опасается более пристойной на оное дело приговор учинить.

Глава третия



О свидетслех

1. Другой образ доказания бывает чрез свидетелей, и хотя свидетели мужеска и женска полу принимаютца, однако ж надлежит оным быть добрым и безпорочным людем, которым бы мочно поверить, кроме тех, кои чести и достоинства лишены.

2. Негодные и презираемые свидетели, которых в суде принять не мочно, суть сие:

1) клятвопреступники, о которых явно доказуемо есть, что напредь того в суде фалшивую чинили присягу, понеже чин свидетеля есть явный чин. И того ради к сему токмо безпорочные люди, (а не достоинства лишенные) употребляются;

2) которые банизированы или прокляты, понеже оные из христиан-скаго собрания выключены и за бусурманов признаваютца; и тако никакого чину недостойны суть;

3) которые еще у святаго причастия не бывали, и сии также не могут свидетелствовать. И никто не может за достойного свидетеля прежде признан быть, пока не учинил присяги;

4) которые межевые признаки тайно портят. Понеже и сие, ежели оным докажется, за нечестных людей содержаны суть;

5) изгнанные из государства или у которых преступления их ради, уши и нос резаны, или знак на щеке положен;

6) которые в суде объявлены нечестными людми;

7) разбойники и воры;

8) смертноубивцы;

9) явные прелюбодеи, понеже когда он клятву самому богу учиненную презрит, то и еще того хужее в сей притчине учинит;

10) которые единаго из сих вражды ради обижают, ибо от них правды ожидать туне будет. Однако ж юристы и оных свидетелей, которые прежде того вражду меж собою имели, а потом хотя и помирились, опровергают, предлагая, что будто оные еще в сердце своем ненависть имеют, которая оных сущую признать правду не допущает;

11) которые с челобитчиком кровным или ближним обязаны суть свойством, понеже как права объявляют, против свойственников своих, сущей правды не признают;

12) оные, которые в доме челобитчикове или ответчикове хлеб ядят или в службе его суть; буде же иных свидетелей получить не мочно или иных при том не было, тогда и сии приемлютца;

13) которые свидетельства ради дарами подкуплены суть. Юристы сие утверждают, что ежели свидетель принужден свидетельствования ради из того места, где живет, приехать, то надлежит оному учиненные протори в пути заплатить, и его за умедление дел удовольствовать;

14) младенцы или которые еще 15 лет не имеют;

15) также в собственном своем деле никто не может свидетельствовать, понеже, который сам делу причастен, оный не может в преосуждение себе противу свидетельствовать;

16) иностранные, о которых справедливом житии подлинного известия не имеют;

17) которые по доношению других свидетельствуют, сказывая, что будто тот и тот мне сказывал, ибо кто свидетельствовать хощет или принужден есть, оному не надлежит доносить то, что слышал, но должен о том, что он сам видел или толко слышал, свидетельствовать.

3. Когда челобитчик или ответчик к очной ставке свидетелем приведен будет, и понеже тогда познать не мочно, не имеет ли оный свидетель какого пороку, тогда надлежит оному, не допущая свидетеля к присяге, порок его объявить, и притом просить о испровержении того свидетельства. А ежели он сего не учинит и тогда промолчит, и допустит до того, что оный свидетель без всякого противления принят будет, то уже потом его более опровергнуть не может. Буде же вышепомянутой челобитчик или ответчик после того времяни уведает какой порок за свидетелем, то может челобитье ево принято быть, токмо прежде надлежит ему на то присягать, что он прежде о пороке свидетеля не известен был, но вкратце о том уведал.

4. Буде же челобитчик или ответчик тем, о чем во 2 помянуто, свидетелю попрекнет, а свидетель в том запрется, тогда надлежит ему вскоре доказать. А ежели несколко времяни к доказанию потребно имеет, тогда мочно ему на потребное время и позволить. А свидетеля между тем, дабы в суде не было помешки, без присяги допрашивать.

5. Кто к свидетельству призван будет, тому не надлежит от того от-рицатся. А ежели свидетельство добром принесть не похощет, то может от судьи к тому принужден и наказан быть, понеже, как выше сего помянуто, чин свидетеля есть чин явный, а от явного чину никто не может отрицатся, под наказанием.

6. Прежде свидетельствования или допросу от судей надлежит свидетелю присягу о свидетелстве о присудствии челобитчика и ответчика учинить, понеже когда он присягал, тогда уже присяги своей, разве забыв свою совесть, не нарушит, но толь паче правду донесет. Буде же свидетель прежде к свидетелству допущен будет, а потом велят оному присягать, то яко права подтверждают, когда он сначала сущей правды не донесет, потом стыда ради, что прежде ложно доносил, скаски своей не переменит и прежде лживую учинит присягу, нежели лгачем остатся похочет. Однако ж некоторые юристы поставляют, что ежели свидетель, учиня свидетельство, вскоре присягу учинит, то за равное, яко бы о свидетельстве присягал, держать мочно, токмо чтоб ему в тот же день присагать неотложно.

7. Всем свидетелем надлежит, хотя б оные вышняго достоинства и знатнейшие были, присягать, понеже свидетелю, который присяги не учинил, верить не мочно, хотя б оный и архиепископ был. Однако ж могут челобитчик и ответчик с согласия судейскаго свидетеля от присяги отрешить, и когда ево от того уволят, и судья тем доволен явится, тогда от свидетеля все, яко бы на то присягал, принято будет, токмо судья собою един не может его отрешить от присяги.

8. Когда свидетели в присудствии челобитчика и ответчика присягу учинят, то надлежит оным оттуды уступить, и тогда каждый свидетель особливо от судьи в суде допрашивай бывает, то кого и как об оном, о чем свидетелствует он, известен, или иное слышал и не призывай ли он от кого-нибудь из сих в свидетелство.

9. Свидетелем в суде не надлежит от кого иного, кроме судьи, до-прашиваным быть, однако ж обыкновение есть, когда знатным особам или шляхецким женам, или немощным, которым в суде предстать не мочно, свидетелство повещено бывает, тогда некоторые из ассессоров купно с секретарем к ним из суда отправляются, которые, взяв от них присягу, в домех их свидетельство от них принимают,

10. Также надлежит свидетелей по полученном ответчиковом ответе, а не прежде допрашивать. А ежели свидетель уже в путь куда собрался и возвращением своим может умедлить, или так жестоко заболит, что о возвращении здравия его сумнение иметь мочно, тогда позволено по челобитью помянутых оного еще и прежде ответу ответчика, также и прежде принесенной жалобы и повещания от судьи допросить, и сие называется свидетельство всегдашней памяти.

11. Буде же челобитчик и ответчик пожелает несколко времяни, чтоб мог более свидетелства доставить, тогда может судья сам разсудить потребно, и мочно ль несколко времяни отложить, и ежели ему соизволит, то надлежит время ознаимить, смотря по обращению дела.

12. Ежели случится, что ответчик скаску челобитчиковых свидетелей чрез иных свидетелей уличить похощет, то ему не мочно возбранить своих представить свидетелей, и тогда обои свидетели в равном имеются порядке, и кто из них лутчих и более свидетелей на своей стороне имеет, которые правду сущую обстоятелствами доказать могут, тому и поверится.

13. Сие слово лутчие свидетели, разумеется, что свидетель мужеска полу паче женска, и знатный паче худого, ученый неученого и духовный светского человека почтен бывает.

14. Когда челобитчик и ответчик доказание свое в одно время объявить похотят, тогда надлежит судье прежде доказание и основание челобитчи-ково, а потом ответчиково принять.

15. Так же может судья, смотря по обстоятелству дела, свидетелей вместе свесть, чтоб они меж собою о тех причинах, которые ко известию подлинной правды потребны суть, переговоря, друг друга уличить могли.

16, Буде же свидетели от суда удалены так, что без великой трудности оным в суд притти не мочно, тогда может судья некоторые пункты послать к ним, и в суд от оных по обыкновению свидетельство взять. Однако ж надлежит челобитчику и ответчику при присяге либо самим, или полномочным их присудственным быть.

17. Кто из свидетелей фалшивую учинит присягу, и потом доказано будет, то оный отсечением пальцов, которыми он присягал, публичным покаянием в церкви, изгнанием из земли или посыланием на каторгу наказан бывает, и никогда более свидетелем предстать не может, ниже к какому другому явному чину допущен будет, а кто свидетеля к ложному свидетелству склонит, оный равным образом либо денежным тяжким штрафом, или телесным наказанием, или публичным церковным покаянием накажется и в свидетели более допущен не будет.

18. Писмянные свидетельства прежде не признаются, пока представитель оных в суде за правдивые объявит и на то присягу учинит.

Глава четвертая

О писмянном свидетельстве или о доказах

1. Третий образ доказания бывает чрез грамотки и писмянное свидетельство в сих писмах находится, что друг другу обязан, и по силе оных един из них имеет право от другаго что нибудь претендовать.

2. И сие суть либо явные писма и свидетельства, которые со известия судейскаго учинены и находятся записаны, яко в городовых книгах, судейских книгах и протчих таких свидетелствующих, чрез которые судья может доказать, что такое дело при нем таким образом случилось и про-тчее, или такие писма, которые без судьи между собою постановлены бывают, яко купецкие писма, духовные, мирные писма и рукописание, реверзы и протчая.

3. В сих явное самое дело содержано и ознаймено есть, и ежели оный, против которого сие писма докажутся, за правомерные признает, тогда судья, усмотря такое доказание, может на оное дело приговор учинить.

4. Буде же писма или грамотки, которые объявлены будут, на другие ссылаются, то оные прежде, пока досталные не объявятся, за правые признаны не будут, разве все обстоятельства во оных равным образом со-держаны явятся, и дело из оных доволно доказать мочно.

5. Купецкие книги, из которых видимо, что тот и тот толикое число винен, могут токмо вместо половины доказания служить. А ежели дока-занию быть совершенну, и купец оную свою книгу во исполнение присягою утвердит, то надлежит смотреть: 1) чтоб оный купец был честный человек, которого непристойным поступком опорочить не мочно; 2) и книги таким образом учреждены, в которых его долги и что на нем чужаго есть, взнесены б были; 3) в каждой почтовой день число записано.

6. А ежели должник под купецким щетом подписался, то уже совершенный есть доказ, и оное дело в равной силе яко духовная или реверс содерживается.

Глава пятая



О присяге

1. Четвертый образ доказывания бывает чрез присягу, которая присяга очистительная называется и при оной следующие находятся обстоятельства.

2. Когда челобитчик ответчика некоторою притчиною обвинит, которую он токмо полуявным основанием доказать может, или ответчик в явных собраниях таким же образом обнесет, а иных доказов иметь не может, то повинен он свое дело присягою удостоверить.

3. Токмо чтоб голос, который в народе о обвиненном произойдет, не вымышленый бы от злых людей был, которое почасту вражды ради происходящей или ненависти от злых людей вымышляется, но буде во всем народе подтверждение свое имеет и достоверности подобно есть. А оному, которой огласит, надлежит всеконечно доказать, инако бо наказан будет.

4. Сию присягу очистительную надлежит всегда ответчику, а не челобитчику чинить. А ежели челобитчик к челобитью своему никакова иного свидетельства обресть не может и похощет на то присягать, то не надлежит ево к тому допущать, но в том ему отказать.

5. Также ответчика к такой присяге принуждать не надлежит, разве притчина ево одним свидетелем уже очищена или имеется еще в полуподозрении.

6. Между протчим последующие притчины, когда злое действо учинено, в подозрении имеются:

(1) Когда ответчик бежать вознамерится;

(2) Когда с другими элодеями в компании был;

(3) Ежели он напред сего равные же чинил злые действа;

(4) Когда на оных, которых прежде того обидел, грозился;

(5) Ежели он пред судом двоякое учинил доношение и будет свои слова толковать инако;

(6) Буде он в других местах признает нечто из своих действ или тем похвалится;

(7) Или когда достоверный свидетель при том присудствен был. 7. Токмо судьям не надлежит вскоре оного к присяге принуждать, но прежде всемерно трудитися чрез иные способы правду изведать, понеже сия присяга призираема и осторожности достойна есть.

8. Когда ответчик присягу учинить может и оную учинит, тогда судья довольное имеет основание приговор учинить и его от наказания освободить, понеже в сей присяге сия сила есть, что когда ответчик оную учинил, то уже от наказания и дальнаго обвинения освобожден быть может.

9. Буде же ответчик оный присяги учинить не может, то правда, что за винного содержан будет. Но понеже к свидетельствованию явные и довольные требуются доказы, того ради судье надлежит в смертных делах пристойным наказанием его наказать опасатся, но толь паче чреззвычай-но наказать, понеже лучше есть 10 винных освободить, нежели одного невинного к смерти приговорить.

10. Ежели судья усмотрит, что ответчик преступление клятвы учинить намерен, а совершеннаго основания не имеет оную подозрителную особу тем доказать, тогда пристойнее есть оное дело предать воли божией и положитися в том веема на бога, пока впредь само объявится. Но понеже во многих местах, когда важные происходят злодейства, и ответчик подозрением или полудоказанием отягчен есть, отставя присягу к пытке приводят, того ради за потребно изобретаю об оной здесь упомянуть.

Глава шестая



О роспросе с пристрастием и о пытке

1. Сей роспрос такой есть, когда судья того, на которого есть подозрение, и оный доброволно повинитися не хощет, пред пыткою спрашивает, испытуя от него правды и признания в деле.

2. Судье не надлежит без доволного подозрения дерзнуть вскоре никого к пытке привесть, но прежде важные к тому иметь притчины и совершенное подозрение, и когда имеющее подозрение кому приложится, а он в том запрется, тогда надлежит оное доказать, например, когда твердое свидетелство принесется, что тот злое действо учинил, о чем его роспросить надлежит, тогда доволное есть основание к пытке. Буде же свидетель самого действа не видал, но токмо оного подозрителного на оном месте, где преступление учинено, обрел, такого свидетельства не довольно есть, но в таком случае по самой малой мере надлежит быть двум свидетелем, которые бы ево видели.

3. Пытка употребляется в делах видимых, в которых есть преступление, Но в гражданских делах прежде пытать не мочно, пока в самом деле злое действо наруже не объявится, разве когда свидетель в болших и важных гражданских делах в скаске своей обробеет или смутится, или в лице изменится, то пытан бывает.

4, Однако ж надлежит жестокую пытку умеренно, с раэсмотрением чинить, понеже умеренно пытки веема на разсуждение судейское положено. Того ради надлежит судье наперед раэсудить количество дела, в котором подозрителного пытать намеряется, ибо в вящших и тяжких делах пытка жесгочае, нежели в малых бывает. Также надлежит ему оных особ, которые к пытке приводятся, разсмотреть, и усмотря твердых, безстыдных и худых людей, жесточае, тех же, кои деликатного тела и честные суть люди, легчее, и буде такой пытки доволно будет, то не надлежит судье его приводить к болшему истязанию. Притом же надлежит судье у пытки быть осторожну, чтоб усмотря подобие правды, оного тело, которого пытает, истязанием не озлобить, но либо к смерти приговорить или из невинности ево вывесть. Понеже который судья без притчины и подозрения пытать велит, того надлежит равно как обвиненного, который уже уличен в деле, наказать, или по самой малой мере лишить чину его. Буде же судья без обману и вымыслу оного, которого пытать не надлежит, повелит пытать или преступит обыкновение роспросов, тому надлежит пытаннаго некоторою суммою денег удовольствовать. Равным же образом, когда судья из вымыслу без жадного подозрения чрез меру пытать повелит, что он от того умрет, тогда может лишен быть живота. А буде не из вымыслу, но за недостаточным подозрением или протчих ради притчин чрез меру преступит, или от его неосторожности так случится, что пытанный от пытки умрет, тогда оный по присуждению вышняго судьи накажется.

5. Когда судья в оном злодействе многих имеет пред собою преступников, которых жестоко допрашивать потребно, тогда надлежит ему оного, от которого он мнит скоряя уведать правду, прежде пытать. И буде от сего еще подлинно не уведает, то того, который в злодействе более всех подозрителен явился, прежде всех пытать. Буде же все преступники в равном явятся подозрении, и между оными отец с сыном или муж с женою найдется, тогда сына или жену наперед к пытке привесть.

6. Ежели судья преступника жестоко пытал, и оный ничего не признает, то уже его в том паки пытать не надлежит, разве иное еще разное от перваго дела получит подозрение, яко например, понеже в народе голос происходил на преступника, и он сего ради подозрения впервые пытан, и его во оное время, когда злодейство учинено, на том месте видели, а он в том не винится, потом уведает судья, что преступник во время учененнаго злодейства с воровским ружьем видим был, и что он со обиженным в правде жил, и на него грозился, сие суть новыя подозрения. И тогда может подозрителный паки к пытке приведен быть.

7. Буде же кто по доволному подозрению пытан будет, и на пытке в своем злодействе повинится, потом же в суде паки от своей скаски отречется, предлагая, что он от пытки в том повинитца принужден был, тогда может он паки пытан быть, понеже учиненное признание, паки ево в новое приводит подозрение, и таким образом может и в третий раз пытан быть. А ежели трижды пытку снесет, и паки отречется, то уже оного более допрашивать не надлежит, но взяв от него полное число порук, чтоб ему всегда, когда потребен, в суд явитися, также и присягу, что учиненное над ним истязание ни на ком не отмещать, освободить, токмо от злодейства веема не уволить, понеже времянем могут новые явитися подозрения, и тогда его паки к пытке привесть надлежит.

8. Недоволно того, когда пытанный на пытке или устрашась оной, в преступлении повинится, а доволного основания к приговору в деле еще нет, но надлежит судье по нескольку дней, когда болезнь минется, паки его рос-просить, твердо ли он в признании своем зостает, и буде он тогда пред судом признает, то уже из такого его признания мочно учинить приговор.

9. Буде же пытанный оговорит на пытке других, о которых также злый слух происходил, то находится во обыкновении, что судья по силе сего признания и злаго происходящаго слуха оных особ равным образом роспрашивать и пытать велит, хотя права повелевают, чтоб без доволнаго свидетельства или подозрения никого по оговорке от других к пытке не приводить.

10. В правах последующие от пытки изъяты суть, яко: шляхта, служители высоких чинов, старые седмидесять лет, недоросли и беременные жены. Все сие никогда к пытке подвержены не бывают, разве в государственных делах и в убийствах, однакож с подлинными о том доводами.

 

ТРЕТИЯ ЧАСТЬ ПРОЦЕСУ

Глава первая

О приговорах

1. Когда по донесенной жалобе и ответу от обеих сторон, либо чрез собственное признание доказ или основание дела порядочным образом скончается, тогда в суде следует приговор таким образом: Перво, чтоб все обретающияся в суде об оном деле подали советы и мнение свое открыли. И буде судьи в мнении своем не согласятся, тогда надлежит сбирать голосы от перваго до последняго, и на которой стороне более явятся, на оной, яко в воинских артикулах, божественных и протчих правах утверждено, основается приговор. Буде же они в мнении своем не согласятся, и на обеих сторонах равные будут голосы, тогда приговор при оной стороне, которую президент на лутчую и основательную обрящет, останется.

2. Пока приговор еще не объявлен в суде публично, дотоль может судья данный свой голос всегда переменить, однако ж надлежит притом явные притчины и основание доказать и обстоятелно объявить.

3. Когда в голосах согласятся, то приговор от генерала или обор аудитора, или от секретаря писмянно предложится, в котором обстоятелства и фундамент, по чьему приговору определен, содержан есть. И когда оный от всех судей или от президента и аудитора подписан, тогда в присудст-вии челобитчика и ответчика в седящем суде от секретаря публично про-читается,

4. Приговор надлежит токмо над челобитчиком и ответчиком чинить, хотя при оных деле и посторонние случаются особы, однакож о всем упомянуть потребно и ничего в том деле случившагося не умолчать, какие жалобы принесены, и что ответствовано, для лутчаго решения и приговор объявить.

5. В вышнем суде гражданские дела судимы не бывают, кроме того, ежели челобитчик или ответчик приговором нижняго суда гражданских дел не доволен явится, и того ради для лутчей осторожности дело свое в генералный кригсрехт перенесть похощет, тогда вышний суд, приняв челобитье против приговору нижняго суда, которое кратко содержано, и выслушав оное, от ответчика ответа требуют, и усмотря оное дело по обстоятельству, паки приговором решат, и какой потом в вышнем суду учинится приговор, оный уже твердо содержан бывает, но в пристойных делах надлежит приговор отослать к вышнему начальству или объявить фелтьмаршалу его, и о том известие подать, а не получа указу, веема эксекуции не чинить.

6. Также когда в нижнем суде в пыточном деле приговор учинен, тогда надлежит прежде фелтьмаршалу или командующему генералу подать тот приговор, и когда он мнение свое на оной объявит, прибавит или убавит, потому и экзекуция отправлена быть имеет. Буде же кто из нижняго суда видимо себя отягченна помнит, тот может о себе фелтьмаршалу чрез просителное писмо о том объявить и от него решения ожидать. А ежели без притчины на судию принесется жалоба, то надлежит накрепко наказать. Впротчем может челобитчик или ответчик в гражданских делех, когда он приговором нижняго суда не доволен явится, чрез аппелацыю в вышний суд дело, яко выше сего помянуто перенесть.

Глава вторая



О уничтожении приговору

1. Оное уничтожение приговаривающих, ради следующих притчин

бывает:

(1) Когда челобитчик более пунктов, как ответчику предложено, докажет, и судия не имев оных, на его дело приговор учинил;



(2) Ежели судья над таким делом, о котором в суде спору нет, приговор же учинит; (3) Ежели на такое дело, на которое еще не ответствовано, приговор

учинит;


(4) Буде челобитчик и ответчик оба присягать похотят, а судья прежде

присяги их приговор учинил;

(5) Когда приговор противогласящийся или

(6) Когда оный нагло против прав есть.

2. Когда приговор причиною, которою нибудь из сих опорочен, тогда

оный от челобитчика или ответчика уничтожен быть может, и не имея

в себе силы, ко исполнению не приидет.

3. Вышепомянутый приговор от вышняго судьи, когда ему от челобитчика или ответчика оный объявлен будет, опровергается.



О оглавлении приговоров в наказаниях и казнех

1. Обыкновенныя телесныя наказания суть то, егда кто ношением оружия, сиречь мушкетов, седел, також заключением, скованием рук и ног в железа и питания хлебом и воды точию или на деревянных лошадях, и по деревянным кольям ходить, или битьем батогов.

2. Жестокие телесные наказания в наших пунктах разумеваютца, егда кто тяжелым заключением наказан, или сквозь шпицрутен и лозы бегати принужден; таков же, егда от палача (кнутом) бит и запятнан железом или обрезанием ушей, отсечением руки или палцов казнен будет, то ж ссыланием на каторгу вечно или на несколко лет.

3. Наказание смертные чинятца застрелением, мечем, висилицею, колесом, четвертованием и огнем.

4. Легкое чести нарушимыя наказания суть, егда которой начальной человек чину извержен или без заслуженого жалованья и без пасу (или отпускного писма) от полку отослан, или из государства нашего выгнан будет.

5. Тяжелое чести нарушение, которого имя на висилице прибито, или шпага ево от палача переломлена, и вором (шелм) объявлен будет.

Надлежит знать всем, как с тем поступать, кто чести лишен, шелмован (то есть из числа добрых людей и верных извергнут):

1. Ни в какое дело ниже свидетельство не принимать.

2. Кто такого ограбит, побьет или ранит, или у него отьимет, у оного челобитья не приимать и суда ему не давать, разве до смерти кто его убьет, то яко убийца судитися будет.

3. В кампании не допускать, и единым словом, — таковый веема лишен общества добрых людей, а кто сие преступит, сам может наказан быть.



Артикул воинский купно с процесол1 надлежащий судящим.

Напечатася повелением царского величества в

Санктпитербурхе лета господня 1715, апреля 26 дня.

СПб.. 1715. С. 1-73.

СЛОВАРЬ

Без рассмотрения персон — невзирая на лица (1:8).

Духовная — зд. завещание (B:IV:2).

Живот — зд. жизнь (П:11:5).

Порядочно — в установленном порядке (1:2).

Пристойных — зд. надлежащих (Т:1:Э).

Реверс — по определению Грибовского В., “обязательство на письме”, т.е., проще говоря, всякое письменное обязательство, иногда просто расписка (B:IV:2).

Сугубый — зд. двойной, двоякий (11:2).

Термин — зд. срок (П:1:1).

 


Verilənlər bazası müəlliflik hüququ ilə müdafiə olunur ©azrefs.org 2016
rəhbərliyinə müraciət

    Ana səhifə